Сессия не располагает к хорошему настроению. Никогда. Вне зависимости от того, как ты учишься. И нервирует все: звонки родителей, замечания сестры, внимание молодых людей на улице. Короче, готова рявкать на каждого встречного. Тем более, когда за окном плюс двадцать пять, и ты вместо того, чтобы лежать где – нибудь на берегу, потягивая "Кока – Колу", валяешься в душной комнате и бороздишь безбрежный океан исторических исследований.

Закопавшись в учебниках и теряя последние остатки здравого рассудка над похождениями древних и не очень русичей, я чуть было не вышвырнула в окно внезапно заоравший пейджер.

– А, чтоб тебя разорвало! – В сердцах сказала я. – Ну кому еще неймется?

"Люди делятся на две категории", – глубокомысленно сообщил неизвестный абонент. – "Одни сдают сессию. Другие имеют привычку появляться не вовремя, но у них есть коньяк, расширяющий сосуды и улучшающий умственную деятельность. Коньяк есть у меня. Ну, так я зайду?"

Даже если б под этим сообщением и не стояло подписи, я б и так поняла, кто это. В принципе, как раз – то на него злиться причин у меня не было: он был друг – подружка. Причем внезапные появления уже стали его "фишкой". Он то пропадал на полгода, то напоминал о себе раз в неделю. Странный он мужик. Внешность у него – прямо скажем, не Ален Делон, но что – то в нем есть. И обаятельным умеет быть, зараза! Но надо признать: на меня он свой шарм старался не распространять. С какой радости – неизвестно.

Хитрый он. Его рабочий номер мне неизвестен, а дома он появится, наверное, ближе к полуночи. И не позвонишь.

– Ладно, придет – выгоню, – решительно сказала я и вернулась мыслями к учебникам.

Звонок в дверь застал меня на самом трудном абзаце. Мысли разбегались в стороны, и я поймала себя на том, что одну фразу перечитываю уже раз в пятый.

– Ты действительно не вовремя, – эта заготовленная фраза слетела у меня с языка уже когда я открывала дверь.

Он стоял, небрежно облокотившись на перила. Светло – зеленые брюки, белая рубашка... В одной руке – кейс, в другой – фляжка коньяка.

– Хорошо, не хочешь впускать меня, впусти его, – он встряхнул бутылку. – Только не говори мне, что во время сессии ты не пьешь. Все равно я оставлю коньяк у тебя, и долго ты с учебниками не проваляешься.

Он был прав. Заниматься историей, когда в пяти метрах от тебя стоит дагестанский пятизвездочный – дело гиблое.

– Тем более что там того коньяка – двести грамм. – Он прошел в комнату и поставил фляжку на стол. – Тащи рюмки, и лимон, если есть.

"Ну почему я не дала ему отпор сразу?" – Эта мысль преследовала меня, пока он легким жестом разливал коньяк.

– Прозит! – Он поднял рюмку. Чтоб все хорошее, в том числе и сессии, заканчивались быстро, а все хорошее, например, коньяк – растягивалось подольше.

– Ага... – сказала я и подумала про себя "Плакали сегодня мои занятия". – Ты извини, но я тебя скоро выгоню, у меня еще дел по горло.

– Не будь занудой, – улыбнулся он. – Иначе вылью коньяк прямо на тебя. Примешь, так сказать, кожным покровом. И потом оближу, чтоб не потерять ни капли этого замечательного напитка.

– У тебя столько нахальства не хватит.

Ох, зря я это брякнула! Он же только и ждал, когда я поддамся на его провокацию. Окунул палец в рюмку и, резко наклонившись, провел им по моей шее.

– Слушай, ну ты совсем охамел.

– Подожди, я еще не выполнил вторую часть своей угрозы.

Я и опомниться не успела, как он уже крепко держал меня за плечи. Его язык коснулся участка кожи за моим ухом и скользнул вниз. Я сначала хотела оттолкнуть, а потом неожиданно поняла, что мне это приятно. Даже слишком.

У меня из горла вырвался стон.

"Ну все, вот теперь никакие учебники мне не светят", – обречено подумала я, понимая, что уже не стою, а полулежу на диване, а его губы спускаются ниже, в то время как руки расстегивают легкую летнюю одежду.

Закрыв глаза, я чувствовала, как нежно и терпеливо он меня раздевает. Губами он действовал все смелее, перемещаясь по животу, лобку, а потом он раздвинул мои ноги и я почувствовала, как его горячий язык потихоньку касается самого запретного места моего тела..

– Еще, еще... – Боже, неужели это я? Ох, совсем пропала баба... Он ласкал меня все сильнее и сильнее, в какой – то момент я поняла, что если он сейчас остановится, я сама заставлю его продолжить.

– Господи, как хорошо... – Я никогда не думала, что он способен на такое виртуозное управление женским телом. Я сама двигалась навстречу ему, извивалась, разводила и снова сводила ноги, а его язык все так же продолжал играть со мной, заводя до предела.

Кончила я резко и сильно. Меня просто выгнуло от оргазма. Его голову я рефлекторно прижала к себе крепче, и не хотела отпускать до тех пор, пока не пройдет последняя судорога восторга.

– Возьми коньяк. – Улыбаясь, он протянул мне новую рюмку. – Помогает расслабиться.

– Разденься. – Я сама от себя не ожидала такого командного голоса. – Иначе я тебя просто изнасилую.

– Подожди. – Он резким движением опрокинул рюмку коньяка, выдохнул и снял рубашку. – Не спеши.

Я положила руки на его обнаженные плечи и закрыла глаза. Он опять опустил голову между моих колен. В этот раз он был намного жаднее. Он не просто ласкал языком, он пил меня, доводил до исступления снова и снова, руки скользили по моей груди, бедрам, ногам. Я кончила раз, другой, третий...

– Все, остановись! – Эти слова вырвались у меня совершенно неожиданно. – Возьми меня! Возьми!

... Мои руки лежат на его ягодицах. Я сама хочу направлять его движения, но он дразнит, входит в меня не полностью, а по чуть – чуть, и когда кажется, что сейчас я почувствую его до конца, он резко подается назад, и снова начинает меня дразнить.

– Ну, давай же, давай! – Я начинаю яростно двигать тазом навстречу ему, приближая оргазм. Но он сдерживается. А вот я – нет. Меня будто вращает в огромной центрифуге, разбрасывая в стороны звезды и галактики. Когда эта карусель прекращается, я открываю глаза. Он нежно касается моей щеки.

– Не спеши... Какая же ты все – таки торопливая...

Теперь он входит в меня намного резче. Я вскрикиваю и через пару движений снова уплываю в космос. Он целует мои губы, и я отвечаю ему с какой – то дикой страстью. Он движется все быстрее, его ладонь сильно сжимает мою грудь...

Кажется, в этот раз я просто на пару секунд потеряла сознание. Его губы касаются моего соска, и я благодарно глажу его по волосам.

– У нас еще остался коньяк?

– Коньяк – то еще есть, – он протягивает мне фляжку. – Но... Понимаешь, дело в том, что мы тут немножко набезобразничали.

Я слежу за его взглядом и начинаю смеяться. На моих конспектах лежит опрокинутая рюмка.

– Ничего... Теперь они будут пахнуть романтичным свиданием.

– Ты не устала? – В его голосе слышится какой – то мальчишеский азарт.

– А ты еще на что – то способен? – Подзадориваю его я, хотя и так понимаю, что способен, да еще как!

В окно врывается легкий ветерок, обдавая наши тела свежим дыханием. Я кладу ноги ему на плечи и не отрываясь смотрю в его глаза. И мир снова начинает вертеться перед моими глазами.

... А на полу, шелестя мокрыми листами, лежит тетрадка, благоухающая коньяком.