«Глава 2. Дом чужой семьи. Отец и сын»

Я уже испытала свой первый оргазм. Он продолжал ласкать меня одной рукой, а другой мял мою грудь. После первого оргазма моя киска была полностью мокрой, и теперь с каждым движением из нее доносилось влажное чавканье, которое невозможно было заглушить.

Затем он убрал пальцы, раздвинул мои ноги и расположился между ними. Я полностью осознавала, что будет дальше, и была готова к этому, по крайней мере, морально, если не физически. Его последние двадцать минут прелюдии довели меня до такого состояния, что я умирала от желания иметь его гиганта в своей киске. Не было никаких признаков какого-либо чувства вины внутри меня ни из-за обмана, ни из-за потери морали или ценностей. Даже не потому, что меня беспокоил или отпугивал его образ. Все, о чем я могла думать, — это его завораживающий, твердый член и удовольствие от того, что он меня трахает. Но в глубине души рос первобытный страх перед этим огромным, жилистым монстром, который внушал трепет одним своим видом.

Раздвинув мои ноги еще шире, он набрал в ладонь слюны и нанес ее на свой член, а также на мою киску. Он взял член в руку и приставил его к моей промежности. Я замерла, глядя на этот колоссальный инструмент удовольствия: он был невероятно длинным, около двадцати трёх сантиметров, и настолько толстым, что я понимала — я даже не смогу обхватить его своей рукой. Он несколько раз провел головкой члена по моей промежности, а затем начал входить, оказывая сокрушительное давление.

О боже... он буквально разрывал мою киску. Его массивная, раздутая головка, напоминавшая гигантский гриб, с неистовой силой вгрызалась в мой узкий вход. Я чувствовала, как плоть с невероятной мощью распирает мои нежные стенки, которые в попытке принять этот масштаб растягивались до предела. Каждое мимолетное движение головки давалось с колоссальным трудом: она с нажимом прокладывала путь, буквально раскалывая меня изнутри. Я не могла ни нащупать, ни разглядеть этот огромный объект в темноте, но чувствовала, как он, словно таран, прорывается сквозь сопротивление моего тела.

Почувствовав резкую, разрывающую боль, я осознала, насколько безумно и опасно было впустить это в себя. Но теперь я ничего не могла с этим поделать. Это было неизбежно. Его уже ничто не могло остановить. Он продолжал давить на нее с постоянным, тяжелым нажимом. Моя боль становилась настолько невыносимой, что вопреки моему желанию из моего рта вырвался звук: «Ууухххх...». Мне хотелось закричать от этого масштаба, но я как-то сдержалась, потому что это могло разбудить других членов дома, и нас могли застать в таких условиях.

Он продолжал вводить член, пока тот полностью не вошел в меня, и в этот момент я ощутила, как его мощный ствол и большая головка упираются в самый край моего тела, заполняя меня целиком и полностью. Этот колоссальный объем проникал до самого дна, до самого глубокого предела, который я когда-либо знала. Я чувствовала невыносимую боль от того, что он растягивал и разрывал стенку между моей киской и попкой, заполняя собой каждый миллиметр моего внутреннего пространства. Я изо всех сил старалась терпеть эту боль молча, но невольно издавала прерывистые звуки «О-о-о-о-х... у-у-у-у-ф...», а также инстинктивно отталкивала его от себя, боясь этого нечеловеческого размера.

У моего мужа Андрея крепкий член порядка пятнадцати см, и меня вполне устраивал такой размер. Но этот огромный агрегат был таким толстым, что, казалось, он беспощадно разрывал стенки моей вагины.

Не меняя положения члена, он ласкал и сосал мои груди по очереди, что в какой-то степени притупляло боль. По тому, как судорожно сопротивлялись стенки моей вагины, он, должно быть, понял, что я на пределе, и решил немного подождать, давая мне шанс привыкнуть к его нечеловеческому размеру.

Через несколько секунд, когда моя киска почти привыкла к его члену, он схватил меня за плечи обеими руками и сделал два мощных, сокрушительных толчка. Я не могла вынести эту внезапную, ослепляющую боль, и из моего рта вырвался надрывный звук «Н-н-н-о-о-о-о...», но прежде чем я успела закричать так, чтобы меня услышали другие, он заглушил мой крик своей большой ладонью. Он вошел в меня почти наполовину. В этот миг меня охватил дикий ужас: казалось, он вот-вот разорвет мою промежность на две части. Даже несмотря на то, что моя киска была полностью мокрой, я чувствовала, как головка его члена с пугающей силой царапает стенки моей вагины, вызывая сильное жжение. Но в этом жгучем страхе и боли вдруг проснулось нечто иное — дикое наслаждение, от которого всё тело прошибло дрожью. Когда этот гигант начал медленно, неумолимо двигаться внутри, боль смешалась с таким запредельным удовольствием, что у меня перехватило дыхание.

Он снова остановился на несколько мгновений и продолжил сосать мои груди и покусывать соски. При этом в возбуждении он оставлял множество острых следов на моих сосках и груди. Мне было немного больно, но в то же время это вызывало сильные возбуждающие ощущения во всем теле, заставляя меня дрожать от предвкушения новых толчков.

Мое лицо и грудь покрылись испариной. От того, что он продолжал лизать и сосать мои груди, из моей киски вытекло еще больше жидкости, и я постепенно привыкала к его размеру. Я не могла точно определить размер его члена, но, похоже, это было еще не все, потому что его яйца все еще не касались моей задницы. Прижавшись губами к моему уху, он прошептал:

— Со сколькими... ёбарями ты еще трахалась?

Это был неловкий вопрос, и я не ответила. Он снова повторил свой вопрос, полный вожделения:

— Говори, шлюшка!.. Сколько членов ты уже принимала?

Казалось, он был в восторге от того, что получил такую тугую киску, да еще и на этом этапе своей жизни. Он снова пробормотал:

— Отвечай, маленькая сучка, кроме мужа... сколько еще членов тебя трахали?

Он продолжал задавать вопросы и при этом сильно щипал меня за соски, чтобы поиздеваться. Казалось, он не остановится, пока я не отвечу, но это было довольно неприлично и очень интимно. Я смогла ответить только: «...не... хм (нет...)».

Ему все было ясно, но он все равно не был удовлетворен. Он обхватил мою шею и плечо левой рукой, а правой ущипнул меня за сосок правой груди, сделал резкий толчок и повторил свой вопрос:

— Нет... что это значит? Тебя трахал только муж?

Его член продвинулся еще немного внутрь и слегка увеличился. Я уже привыкла к его габаритам, но была не в том состоянии, чтобы терпеть дальше. Я поспешно ответила ему: «Да... только муж».

Его глаза остекленели от моего ответа. Он услышал то же, что и ожидал. Он почувствовал большее искушение и быстро нанес еще три мощных толчка с трепетом. Прежде чем я успела закричать, он приглушил мой крик ладонью, так как подозревал, что я закричу, и был готов к этому. Он полностью засунул свою елду в меня, и теперь его большие яйца покоились на моей заднице. Излишне упоминать, что мне снова было больно. Стенки моей киски были полностью растянуты по всему периметру, вызывая легкое жжение. Благодаря его затянувшейся прелюдии я была хорошо возбуждена, моя киска была полностью увлажнена, и поэтому я смогла принять его член целиком, почти не сопротивляясь.

Он просунул обе руки мне под спину и крепко обнял, приподняв мои плечи. Теперь моя грудь была полностью прижата к его широкой груди. Не выпуская члена из рук, он страстно целовал мое лицо, шею и ухо. От его рта и волос исходила ужасная вонь. Когда он облизывал мою шею и лицо, от его слюны исходил отвратительный запах. Но в то же время этот отвратительный запах, ощущение его шершавого языка на моей шее и лице вызывали странное чувство, порождали сильные соблазнительные волны внутри моего тела. Постепенно боль утихла, и в теле появился какой-то раздражающий зуд, сосредоточенный в груди и промежности.

Он продолжал ласкать меня и страстно спрашивал в перерывах:

— «Сколько лет вы женаты?». Для меня это был неуместный вопрос. К тому времени я уже начала получать удовольствие от его ласк, поэтому не стала отвечать. Но когда он снова повторил свой вопрос, я раздраженно ответила: «8 месяцев».

— «Это шокирует... до сих пор никто не трахал такую шлюху, как ты... неужели все мужчины в вашем обществе были трансгендерами?».

Мне не понравились его слова. Это задело меня за живое. Я оказалась там не по своей воле, чтобы он меня трахнул. Это были отвратительные обстоятельства, которые загнали меня в ловушку и дали ему прекрасную возможность насладиться мной, а также вынудили меня наслаждаться им вместе с ним. Он начал трахать меня короткими толчками. Моя боль почти прошла, и я начала испытывать своего рода возбуждающий восторг. Из моей киски обильно текло, доказывая, что она жаждет его члена, что делало его толчки более терпимыми и приятными.

Постепенно он ускорил темп. Казалось, он был на седьмом небе от счастья, и я, наверное, тоже. Из-за его огромного члена стенки моей вагины все еще ощущали грубое трение, но скорее приятное, чем болезненное.

Он снова наклонился к моему уху и взволнованно спросил:

— «...Неужели даже твой отец и свёкор не пытались трахнуть такую сладкую малышку?» Это был совершенно отвратительный вопрос, и приличная девушка не должна была на него отвечать. Но я разозлилась из-за такого вопроса и раздраженно ответила:

— «Нет...».

Я поняла, что он задавал все эти вопросы от возбуждения, то есть чтобы еще больше распалить себя. Поскольку я тоже вошла в его эротический мир, мне хотелось, чтобы он продолжал молча трахать меня и наслаждаться мной. Для него это было как лотерея, и вместо того, чтобы наслаждаться, он тратил время на эти ненужные разговоры. Да, мне тоже нравилось, когда меня трахал такой огромный член, но в то же время я чувствовала себя так, будто занимаюсь благотворительностью, позволяя ему трахать меня и наслаждаться почти немыслимой молодой и красивой девушкой. Он еще сильнее подался вперед и сказал мне:

—«Если бы у меня была такая сексуальная сучка, как ты, в качестве невестки... я бы трахал ее день и ночь и сделал бы из нее послушную шлюху... Твоя киска просто невероятна... но еще не раскрылась полностью...».

Он начал шептать еще более грязные вещи, описывая, как превратил бы меня в свою личную игрушку.

—«Я бы не просто трахал тебя, — его голос стал низким и хриплым, — я бы вытрахал из тебя всю спесь.

—Я бы заставлял тебя стоять на коленях каждый раз, когда я возвращаюсь домой, чтобы ты приветствовала своего свёкра своим горячим ртом. А когда мне захотелось бы настоящего безумия, я бы позвал своих старых дружков.

—Я бы заставил их смотреть, как я вхожу в тебя, а потом передавал бы тебя из рук в руки, чтобы они по очереди разрывали твою нежную киску своими огромными членами, пока ты не превратилась бы в общую шлюху, которая только и умеет, что сосать и раздвигать ноги для любого, кого я укажу».

Я уже была на пике удовольствия, а его непристойные комментарии еще больше распаляли меня. Теперь он трахал меня длинными и мощными толчками в определенном ритме. После каждого толчка он наполовину вынимал член, а затем снова вгонял его до конца. Его большие яйца ритмично ударялись о мои ягодицы.

Я приближалась ко второму оргазму. Через несколько минут он приподнялся, и я немного расслабилась, освободившись от его веса. Затем он положил обе руки мне на плечи, чтобы зафиксировать мое положение, и мощным толчком вошел в меня на всю длину. Ох... боже... его член был слишком большим, чтобы поместиться во мне. От его движений все мое тело содрогалось. Он продолжал так же мощно входить в меня.

С каждым толчком мои груди раскачивались из стороны в сторону, как два резиновых мячика, наполненных молоком. Через несколько мгновений я испытала второй оргазм. Я в волнении крепко обхватила его запястье. Моя киска непроизвольно приподнялась, словно желая принять его член и поклониться ему. Мое тело выгнулось и начало содрогаться. Он остановился на мгновение, чтобы дать мне возможность полностью расслабиться и насладиться оргазмом. Это был сильный оргазм, который длился необычно долго и был совсем не похож на то, что я испытывала раньше. Я чувствовала, как его член упирается в стенки моей вагины. И когда я кончала, когда мышцы моей вагины пытались сжаться, я ощущала присутствие его гигантского орудия внутри, что усиливало ощущения и приводило к еще более сильным содроганиям и разрядке.

Через несколько мгновений он возобновил темп с той же интенсивностью, что и раньше. Наша сексуальная сессия длилась примерно пол часа или больше, из них как минимум пятнадцать минут мы занимались жестким сексом, и он продолжал трахать меня с той же энергией. Затем он поднял мои ноги и обхватил колени руками. Это еще больше приподняло мою промежность и открыло доступ его гигантскому члену. Он продолжал трахать меня мощными толчками, издавая рычащие звуки. Прошло несколько минут после моего второго оргазма, и моя киска снова начала требовать большего. Мое тело почти обессилело, но нестерпимое желание, нараставшее внутри, не давало мне покоя. От таких мощных и долгих толчков мой зад приподнялся, а его член оказался у меня между ног. И вдруг я услышала какой-то шорох за занавеской.

Дядя Вахтанг тоже его услышал, остановился на мгновение и посмотрел в сторону занавески. Он молчал и несколько секунд пытался понять, что происходит. Убедившись, что все в порядке, он продолжил. Он продолжал энергично трахать меня еще примерно 5–6 минут. С каждым толчком он откидывал меня назад на несколько сантиметров и, насаживаясь на член, притягивал меня к себе за руки. Это были 20 минут чистого жесткого секса, и он достиг кульминации. Я тоже была близка к третьему оргазму. Затем он схватил обе мои груди и начал яростно трахать меня мощными толчками. Он сжимал мои груди так сильно, словно хотел оторвать их от моего тела. Это было довольно больно, но удовольствие, которое я получала от своей разгоряченной киски, было невероятным, и это помогало мне сохранять спокойствие и терпеть боль. Тем временем я испытала третий оргазм, и он был таким же сильным, как и предыдущие. Он продолжал неистово трахать меня такими же движениями еще немного, а затем упал на меня. Он крепко сжимал меня в объятиях. Я чувствовала, как его пульсирующий, всё ещё крепкий и могучий член упирается в стенки моей вагины. Его член был так глубоко во мне, что струя спермы попадала прямо на стенку матки. Он прошептал мне на ухо:

—«Возьми... Прими мою сперму... возьми мое семя в свою вагину... Возьми моего ребенка... аааххх... аххаа... моя шлюха». Он несколько минут лежал неподвижно, а потом перекатился на бок, потягивая свой полувозбужденный член. Я была совершенно измотана и не двигалась. Он так обильно наполнил мою вагину, что сперма начала вытекать и капать на кровать. Затем он притянул меня к себе, страстно поцеловал и прошептал:

— «Ты прекрасная женщина». Он в последний раз поцеловал меня в щеку и ушел, подобрав с пола свои трусы.

Я была совершенно измотана. После целого дня в дороге меня оттрахал сексуальный маньяк, и последние 45 минут я провела в непрерывном проникновении. Сперма вытекала из моей киски и стекала по кровати прямо на пол. Каким-то образом мне удалось натянуть ночнушку, чтобы прикрыть ногу. Я не смогла найти в темноте свои трусики и оставила их до утра.

Буря миновала, и я начала осознавать, какой урон понесла. Дело было не только в физическом изнеможении, а в моральном ущербе, который причинял мне все больше и больше боли. Было бы неправильно сказать, что меня изнасиловали против моей воли. Да, он взял меня силой, но где же были мое собственное сознание, самоуважение и принципы? Почему я позволила ему... почему не остановила его? На самом деле я тоже поддалась своей похоти и наслаждалась его насилием... его поездкой верхом на мне.

Внутри меня было много чувства вины, но не было оправданий. И, как порочная женщина, я начала думать: «Как мой муж и все остальные узнают об этом, если я никому не расскажу?» Это правда... как кто-то может узнать? Эта мысль принесла мне временное облегчение, но в глубине души я все равно сожалела о содеянном. Одновременно с этим мой разум и тело испытывали странное чувство, которое я ощущала за несколько минут до этого, — новый уровень удовольствия от секса. Он заставил меня понять, что такое настоящий секс и как сильно он может свести женщину с ума.

Он был прав в том, что меня раньше не трахали по-настоящему. Моя киска все еще ощущала отголоски тех удовольствий. На моем теле было много следов от его грубых прикосновений, и боль начала возвращаться, когда ощущения от недавнего удовольствия притупились. Но вся эта боль была ничтожна по сравнению с тем, что я испытала. Было около двух часов ночи, и я не могла перестать думать, хорошо это или плохо, пока не уснула.

Я спала не больше получаса, когда почувствовала, что кто-то трогает мою грудь. После недавнего нападения я не позаботилась о том, чтобы одеться как следует, и верхние пуговицы моей ночной рубашки были расстегнуты. Его пальцы, властные и наглые, ощупывали мою грудь, оценивая ее размер и упругость, нежно, но с пугающей жадностью сжимая плоть. В этот момент ледяной холод ужаса прошил мое тело, парализовав дыхание. Я в шоке схватила его за руку прямо над грудью и обернулась. К моему величайшему ужасу, это был Давид.

Сердце бешено забилось о ребра, а в животе всё сжалось от первобытного страха; я мгновенно осознала его истинный замысел. Его взгляд, темный и полный неприкрытого вожделения, не оставлял сомнений: он пришел сюда не для того, чтобы сочувствовать, а чтобы оттрахать меня, воспользоваться моей беспомощностью и забрать то, что только что забрал его отец. Осознание того, что я стала добычей в этой ловушке, вызвало у меня приступ тошноты. Я разозлилась, увидев его в доме, рядом с собой, но за этой злостью скрывался парализующий страх перед его похотью. Не знала, как избавиться от этих извращенцев. Несколько минут назад здесь был его отец, чтобы утолить свой голод, а теперь его сын пытается меня изнасиловать. Меня переполняла ненависть к этой семье. Каков отец, таков и сын. Все они были как животные. Абсолютно никакой этики, никаких моральных ценностей... ничего. Похоже, они приютили меня только для того, чтобы удовлетворить свои желания.

Я с силой оттолкнула его руку от своей груди и раздраженно прошептала:

—«Что... что ты делаешь?»

Не обращая внимания на мой толчок, он снова подался вперед, обхватил меня сзади и прошептал:

— «Диана... сейчас ты трахалась с моим отцом, теперь пришла моя очередь иметь тебя».

Я сразу поняла, кто был за занавеской, когда этот старый извращенец трахал меня. С тех пор этот ублюдок ждал своей очереди. После того как он раскрыл секрет, что видел и знал все о том, как меня трахал дядя Вахтанг, он осмелел и начал открыто сжимать мою грудь. Я изо всех сил пыталась спастись, но все мои усилия были тщетны. Он вел себя так, будто действительно заслуживает того, чтобы я отдалась ему, как раньше отдалась его отцу. Он начал сжимать мою грудь еще сильнее и грубее, причиняя мне сильную боль. Он прошептал мне на ухо:

— Диана, не волнуйся...

— Я сделаю всё аккуратно...

— Не строй из себя невинную... ты так охотно позволяла этому старику трахать себя... попробуй мой член, хоть разок...

— Обещаю, тебе понравится».

Он прижался губами к моей шее, обжигая кожу горячим дыханием, и прошептал, как именно он будет меня ласкать, обещая, что каждая его ласка заставит меня дрожать.

— «Я буду целовать тебя везде, Диана... я изучу каждый сантиметр твоего тела, пока ты не начнешь умолять о большем», — его голос вибрировал от возбуждения. Затем он начал говорить, как медленно, мучительно медленно будет вводить свой член в меня, двигаясь с нажимом и уверенностью, наслаждаясь тем, как я пытаюсь справиться с этим напором. Каждое его движение будет глубоким и властным, заполняя меня полностью.

Я почти не слушала, что он бормотал. Полчаса назад его отец сильно намял мне грудь и натёр мне киску, а теперь он хотел делать то же самое. Боль была почти невыносимой, и к тому же я чувствовала себя униженной. Один за другим мужчины нападали на меня, не стесняясь, потому что считали меня шлюхой, доступной девкой, неверной женой, а может, просто маленькой девочкой. Чтобы он не трогал мою грудь, я перевернулась на живот и прикрыла бока руками. Теперь моя спина была приподнята, и это давало ему свободный доступ к моей заднице. Он не упустил свой шанс и забрался на меня сверху. Он полностью накрыл меня своим весом.

Его твердый, не менее внушительный член упирался прямо в мою ягодичную складку, которую он страстно терзал. Затем он просунул обе ноги между моими и раздвинул их силой. Таким образом, моя попка раскрылась еще больше и слегка приподнялась, позволяя его члену проникнуть глубоко внутрь и тереться о мою промежность. Из-за его веса я не могла сомкнуть ноги и надавить на ягодичную складку, чтобы ограничить доступ его члена.

Он прижался ко мне всем телом, и его голос стал еще более настойчивым и грязным.

— «Какая у тебя тугая задница...

— Ты такая ненасытная...

— Скажи мне, Диана, кто еще тебя трахал?

— Кто еще заставлял тебя так выгибаться?

— Он почти рычал мне в затылок, продолжая грубо тереться о мою промежность. «В какой же дом ты ходишь, чтобы тебя так ебали? Сколько мужчин ты уже приняла сегодня?» Я не слушала его всерьез, просто изо всех сил пыталась вырваться. Но его напор и эти вопросы задели меня за живое.

«Я пришла не по своей воле, дядя предложил мне кров», — раздраженно ответила я. Не знаю почему, но я все еще называла этого старого извращенца «дядей». Теперь я была совершенно беспомощна; хотя мои руки были снаружи, я пыталась приподняться, но его вес был слишком велик. И в те моменты, когда я пыталась приподняться, я приподнимала и задницу, предоставляя ему больше доступа, а он яростно терся своим каменным членом и ублажал себя.

—«Признай это, маленькая шлюшка...» — прошипел он, переходя к еще более настойчивым уговорам. «Ты ведь сама этого хочешь. Ты хочешь почувствовать, как мой член сношает тебя так же глубоко, как это делал старик. Ты хочешь, чтобы я заполнил тебя до краев, правда? Не лги мне, я чувствую, как ты дрожишь под моим весом. Тебе нужно больше, тебе нужно ощутить настоящий напор, а не просто ласки старика. Позволь мне сделать то, чего ты так жаждешь».

Я не считала нужным отвечать ему, но во время всех этих разговоров я невольно расслабилась, и он просунул обе руки мне под грудь и схватил меня за обе груди прямо через ночную рубашку, продолжая твердить, что я скоро сама начнешь умолять его о большем.