— Мы живём с моим мужем, как соседи. Он почти не обнимает меня, не проявляет инициативы, а о сексе уже страшно даже заговаривать… Неужели, он меня больше не хочет?

Именно с такими мыслями Анна однажды поймала себя перед зеркалом. Мне шестьдесят лет, за плечами сорок лет брака. Раньше мой муж Виталик, искал близости, а теперь мог месяцами, да чего тут скрывать годами, обходиться, без прикосновений, ко мне. На попытки поговорить, о наших сексуальных отношениях отвечает: «Устал», «Не выдумывай», «Всё нормально».

Я начала искать причину в себе: «Может, я перестала быть привлекательной? Стала скучной? Недостаточно стараюсь быть хорошей женой?».

Но есть одна важная вещь: «Отсутствие сексуального желания у партнёра далеко не всегда означает, что женщина перестала быть желанной!».

Что же делать, если хочется снова почувствовать себя любимой и вернуть близость?

У нас с мужем двое детей. Дочь Верочка сорок лет, она замужем и живёт отдельно, от нас, сын Фёдор, ему тридцать один год, работает преподавателем в школе не женатый, до сих пор, проживает с нами. Школа, где работает мой Феденька недалеко, от нашего дома.

К счастью, у меня есть подруга, ещё со школы Маша, мы с ней время, от времени видимся. Сегодня суббота, созвонившись с Машей решили сходить в кафе. У меня с моей подругой вообще нет секретов мы рассказываем друг другу, о своих семейных делах и не только, о них. Часто мы говорим, о сексе. Маша рассказывает мне, о своих жарких ночах, со вторым мужем, который на десять лет её моложе. Я, со своей стороны, жалуюсь подруге на то, что меня муж совсем не трогает.

Но, как и всем женщинам, мне нужна ласка и чтобы мой «Детородный орган», получал член моего мужа Виталика. Я признаюсь подруге, что регулярно мастурбирую и фантазируя, как любовник сексуально удовлетворяет меня. Маша, улыбаясь, говорит мне:

— Я тебя не понимаю Анечка, у тебя дома всё есть, а ты мастурбируешь?

Я вздрагиваю, нахмурившись, спрашиваю Машу:

— Всё дома есть, я не понимаю, о чём ты говоришь?

Пожимая плечами, Маша добавляет:

— А твой неженатый сын Фёдор, тогда в чём в нём смысл, я уверена, у него хороший большой член!

Я ошеломлена словами подруги. Потом я отвечаю Маше:

— Ты сумасшедшая Машка, это же мой сын, ты шутишь?

Маша отвечает:

— Не будь дурой Анечка, сын или нет, член есть член!

Я ошеломлена, смотрю на подругу и говорю:

— Ты заставляешь меня вступить в половые отношения с сыном, разве ты не думаешь о том, что говоришь?

Маша, пожимая плечами, отвечает:

— Подумай, и поверь мне это самое лучшее решение твоей проблемы!

Я не могу не сказать своей подруге:

— Вот, ты бы переспала с собственным сыном, но это же безнравственно!

Маша отвечает мне:

— Когда, уже мочи нет терпеть без секса, ты же меня знаешь, я жадная, и не делаю исключений, когда это касается секса, и если хочешь, я подготовлю почву для тебя Анечка, разогрею твоего сыночка Феденьку, как жаровню. И я предложу его тебе на блюдечке!

Я не знаю что сказать подруге на её предложение.

Вечером сидя на диване в одиночестве, перед работающим телевизором и представляю самые страстные аморальные сцены. Мои чувства начинают бурлить. Я несколько раз провожу рукой, по нижней части живота, тяжело вздыхая.

Что происходит у меня в голове в этот момент, влагалище сочится и увлажняет трусики. Не осознавая, что делаю, я распахиваю халат, раздвигаю ноги и сквозь тонкую влажную ткань трусиков нежно глажу свой «Детородный орган». Одной рукой, я сдвигаю в сторону свои трусики, а другой лихорадочно ищу вход в своё влагалище.

Дрожащая, я хватаю его и начинаю работать с ним, как делаю это в своей постели, когда тело просит. Я тру его, сжимая зубы, моё дыхание учащается. Я ускоряю мастурбацию, которая становится агрессивной. Из моего плодотворного воображения рождается инцестуальная сцена. Закрыв глаза, я представляю, как мой сын Феденька жестоко трахает меня, заполняя моё невостребованное мужем влагалище, мощными движениями своего немаленького члена. Я издаю приглушенные стоны, яростно мастурбируя свой «Детородный орган».

Вдруг, я открываю глаза и вижу перед собой своего сына Феденьку, который наблюдает, как я доставляю себе определённое удовольствие.

Я совсем забыла, что сын дома. Я сильно краснею, настолько удивлена, что забываю напрочь одёрнуть халат. Я пытаюсь оправдаться, дрожу, как лист, слёзы наполняют мои глаза, я говорю, заикаясь:

— Феденька! Прошу тебя понять меня, твой папа давно не занимался сексом, со мной и у меня есть только один способ удовлетворить свои сексуальные желания!

Фёдор, отвечает с лёгкой улыбкой:

— Но, дорогая мамочка, ты свободна совершать свои поступки, я не имею права тебя за это судить!

Он садится рядом с мной и смотрит на голые бёдра и сдвинутые трусики, внимательно наблюдает за крайне опухшими половыми губами. Я наконец реагирую, резко сжимаю свои бёдра и запахиваю полы халата. Мой взгляд встречаются с взглядом сына, я проглатываю слюну, мне так стыдно, что я не могу поставить одно слово перед другим, не запинаясь. Фёдор поднимает мой подбородок двумя пальцами и очень крепко целует в губы, и говорит:

— Дорогая мама, прости, что прерываю тебя, но если хочешь, можешь продолжать, я буду незаметен!

Удивлённая, я смотрю на него широко раскрытыми глазами. Фёдор позволяет себе положить руку мне на бедро и нежно погладить его. Я вздрагиваю, не решаясь оттолкнуть руку сына, которая очень медленно скользит под её халат. У меня поднимается жар, и я напрягаюсь. Двигаясь под халатом, рука отталкивает халат обратно на верх бёдер. Я чуть выпрямляюсь, цепляясь за диван. Трусики всё ещё были сдвинуты, открывая всё ещё опухшие половые губы. Фёдор не отводит глаз от моей промежности, окружённой тонким влажным материалом трусиков. Его глаза сияют, рука так близко к лобку, что кончиками пальцев он может коснуться больших половых губ. Осторожно он проводит пальцами вверх и вниз, по большим половым губам, которые начинают реагировать, дрожат с каждым прикосновением пальцев руки сына.

Я теряю дар речи. Пальцы сына вставляются между тонкими половыми губами и скользят по ним, заставляя меня сильно вздыхать. Я слишком взволнована и не понимаю, что происходит. Я издаю стон, который пытаюсь сдержать, поднося запястье перед ртом, когда ловкие пальцы сына хватают моё интимное место.

С мастерством сын, заставляя меня стонать. Я запрокидываю голову, закрываю глаза и широко раздвигаю бёдра. Фёдор шепчет мне:

— Не сдерживайся, мама, кончи, кончи, тебе это нужно, получай удовольствие!

Федя ускоряется, я морщась взрываюсь от удовольствия, издавая долгий стон. Пальцы моего сына пропитаны моими соками, он убирает руку и предлагает свои пальцы мне. Не задавая себе вопросов, я сосу пальцы сына один за другим, которые сверкают моими соками. Мой рот нежно скользит по каждому пальцу и сосёт их, сладкие желания, которые я создаю на них, заставляют преданного сына пускать слюни. Его член в штанах набирает размер. Я смотрю на сына другим взглядом, он пожирает меня глазами. Его член становится возбужденным, запертым в тканевой смирительной рубашке трусов и штанов.

Он встаёт передо мной, опускается на колени, прячет руки под халатом и хватает трусики. Фёдор медленно спускает их на мои ноги. Похоже, я на другой планете. Затем тихо говорю:

— Феденька, дорогой мой мальчик, мы уже сделали слишком много нехорошего, нужно остановиться, это аморально, мне стыдно за себя!

Глядя мне в глаза, не переставая снимать мои трусики, сын нежно сказал:

— Мама, я знаю, что тебе нужен секс, я слышу, как ты стонешь по ночам, я часто хотел присоединиться, но никогда не хватило смелости. Я мастурбировал, слушая твои стоны, признаюсь, мои эякуляции были чудовищными. Слушай, я переживаю за тебя, дорогая мамочка!

Он указывает на бугорок, который деформирует его штаны. Я пристально смотрю на деформацию штанов. С мастерством мои трусики оказываются на полу. Я сжимаю свои бёдра, я испугана, моё тело начинает дрожать неконтролируемо. Осторожно Фёдор закатывает мой халат, через бёдра. Он смотрит на мою промежность между ног, которая медленно увлажняется под тонким материалом трусиков. Фёдор выпрямляется, расстёгивает ремень, стягивает штаны и трусы. Его член расслабляется, как пружина, и колеблется на нижней части живота, прежде чем стабилизироваться. Этот член хорошо устроен. Я вздрагиваю, смотрю на огромный член сына, расширяя глаза.

Фёдор с лёгкой ноткой юмора говорит:

— Он хочет тябя любить, мама, посмотри, как он эрегирован!

Фёдор нежно гладит свой член, заботясь о том, чтобы с каждым движением открыть головку. Он смотрит на меня, продолжает мастурбировать своего монстра. Федя говорит мягким голосом:

— Делай, как я, мама, тоже помассируй свою дырочку, давай, веселись!

Я смотрю на него, и говорю дрожащим голосом:

— Но, дорогой, я же твоя мать, ты не можешь спрашивать меня об этом!

Фёдор отвечает мне с широкой улыбкой:

— Я только что мастурбировал тебя мамочка, и ты кончила, теперь я прошу тебя сделать это, смотри, мне не стыдно, давай, давай, мама, не стесняйся!

После короткой паузы, особенно с большим возбуждением, и не пытаясь понять, я медленно опускаю руку на нижнюю часть живота. Я робко раздвигаю бёдра, вульва капает. Не отводя глаз от члена, который мой сын медленно мастурбирует. Неуклюжими движениями я начинаю скользить рукой, по большим половым губ влагалища, прежде чем ввести пальцы в него. Они зацепились и играли всё больше и яростнее. Запинаясь я говорю сыну:

— Ты заставляешь меня делать это, Феденька, я, наверное, шлюха, чтобы поддаться твоим желаниям!

Фёдор отвечает с улыбкой:

— Нет, мама, ты не шлюха, но обещаю, ты будешь ею!

Удивлённо, я говорю:

— Я тебя ненавижу, Феденька, ты монстр!

Он добавляет, всё ещё улыбаясь:

— Не спорь мамочка, мастурбируй, давай, моя шлюха!

— Господи, я шлюха, дорогой, смотри, как твоя шлюха-мама дрочит, боже мой, как это здорово!

Фёдор и я мастурбируем лицом к лицу, оба гримасничаем, слабо стонем, не отрывая взгляда друг, от друга. В моём животе сильное жжение, заставляя меня закричать: «Сыночек», я выгибаюсь, словно мост, и кончаю с чудовищной силой. Феденька взрывается в ответ, он кончает на мой живот и халат, выпуская несколько мощных струй спермы.

Механически, делаю жест, который бывает у всех женщин, размазывает вязкую жидкость спермы на живот рукой, рисуя маленькие круги, тяжело вздыхая. Наши взгляды встречаются, они сверкают. Я шепчу:

— Мне стыдно за себя, моя дорогой мальчик!

Фёдор поднимает мой подбородок двумя пальцами и очень крепко целует в мои сочные губы. Я вздрагиваю и говорю, опуская глаза:

— Боже мой, как же мне стыдно за себя!

Сын отвечает провокационной улыбкой:

— Это аморально конечно мама, но, как папа тебя игнорирует, как женщину и тебе нужен секс, ты хочешь, чтобы мы пошли дальше, признайся, хватит ли ты смелости пойти дальше в наших отношениях?

Поджав губы, я бормочу:

— Ты же мой сын, Феденька!

Фёдор настаивает:

— Признайся, мама, скажи, пусть твои чувства говорят.

Я отвечаю:

— Ты сумасшедший, Фёдор, как ты можешь представить, что я хочу быть твоей возлюбленной, ты в своём уме!

Он берёт меня за руку, заставляет встать с дивана, обнимает и очень крепко обнимает своими мощными объятиями. Он прижимает свои губы с моими губами и засовывает язык в мой полуоткрытый рот, который на мгновение сопротивляется. Языки заканчиваются поиском друг друга, переплетаясь узлами, как две рептилии, пытающиеся сблизиться, дыхание учащается. Поцелуй длится долго, я кажется, страстно пожирает губы сына. И отталкивая его и говорю:

— Да, да, я хочу быть твоей, возьми меня, причини мне боль, сделай меня своей, своей любовницей!

Улыбаясь, очень уверенный в себе, сын высокомерно отвечает:

— Да, дорогая мама, я сделаю из тебя своей любовницей, но сначала пососи меня и советую проглотить в себя, всё что я тебе дам!

Мои глаза сверкают, я не отвожу глаз от члена сына, падаю на колени перед сыном, хватаю толстый ствол, смотрю на него и начинаю лизать головку. Феденька начал стонать. Мой умелый язык вращается на его головке, дразнит его член, прежде чем мой ненасытный рот поглощает его.

Фёдор восхищается, моим ртом. Он никогда бы не подумал, что его мать окажется одарённым в искусстве делать минет. Я неумолимо работаю своим ртом, в уголке моих губ стекает струйка слюны. С каждым всасыванием, я издаю жадный стон. С откровенной гримасой, я пожираю его головку, как голодная женщина. Вдруг Федя вытягивается, словно лук, готовый выпустить стрелу, и посылает поток густой спермы в мой рот.

Выделения настолько обильны, что я выплёвываю головку, поджимаю губы и смотрю на сына, мои глаза сияют. Я проглатываю всё подношение маленькими глотками. Закончив, я открываю рот, чтобы показать своему хозяину, что проглотила всё.

Фёдор заставляет меня встать, поздравляет и страстно целует. Он наклоняет меня на журнальный столик, закатывает мой халат, раздвигает мне ноги. Он смотрит на мой промокшее влагалище. Фёдор улыбается.

Осторожно он кладёт рот на мои большие половые губы влагалища, сосёт их на мгновение, прежде чем глубоко погрузить язык в горящую оболочку. Он долго ищет её, заставляя меня стонать, он втягивает нектар, который влагалище, под давлением не может удержать. Я издаю стоны с каждым движением языка или всасывания на моём источнике любви. Но когда сын проглатывает его, я издаю долгий стон, словно раненое животное. Он сосёт и сосёт комок плоти с жадностью, всасывание жестокое и длительное. Я падая в обморок, выгибаюсь ещё сильнее, чтобы ещё лучше предложить свой сочный «Детородный орган», в ненасытный рот сына.

Я издаю стоны, трясёт тазом, цепляясь за маленький столик. Мои длинные, хриплые стоны подбадривают возлюбленного, он покусывает влагалище, растягивает зубами как можно больше. Я больше не выдерживаю, издаю ужасный крик, изгибаясь, словно мост посреди бури, взрываясь удовольствием.

Фёдор встаёт между моими матери и втыкает своего монстра в моё влагалище. Он цепляется, за мои бёдра и словно движимый определённой яростью зверь. Его член скользит в моём влагалище, головка давит на шейку матки, словно пытаясь проникнуть в неё с каждым толчком.

Я настолько взволнована, мои глаза закатываются, из уголков губ стекает струйка слюны. Я говорю между двумя вдохами:

— Да, мой мальчик, трахни свою маму, трахни её, отдай ей всё, что у тебя есть в животе!

Вдруг Фёдор хватает меня за руку и тащит на пол. Она оказывается сверху на мне и берёт на себя руководство нашим соитием. Его тело начинает подниматься и опускаться всё быстрее и быстрее. Я рычу, говорит между двумя вдохами:

— Я кончаю, я кончаю, о Боже, как здорово, давно у меня не было члена в животе, боже мой, это прекрасно!

С каждым опусканием тела Фёдор наносит резкий толчок членом, так что он полностью пронзается меня. Для меня это безумный кайф. Я скриплю зубами и как и ожидалось, взрываюсь. Моё наслаждение такое волшебное, что я вижу звёзды. Я позволяю себе упасть на грудь сына, тихо издаю стоны. Фёдор напрягается и наполняет моё влагалище своей спермой. Мы остаёмся вместе долгое время, прежде чем расстаться. Звон звонка во входную дверь спускает нас с облаков. Фёдор убегает в ванную, я надеваю халат и иду открывать входную дверь.

Я оказываюсь лицом к лицу, со своей подругой Машей. Мы прыгают друг другу в объятия, целуемся. Я веду её в гостиную и устраиваю на диван, улыбаясь говорю своей подруге:

Сейчас, я тебе расскажу, что со мной, только что случилось!