Я знала, что снова перепью.

Корпоратив тянулся бесконечно. Вино лилось рекой, босс всё время оказывался рядом — огромный, тяжёлый, с этим своим низким голосом и руками, которые слишком часто касались моей талии. Мне было сорок семь, я бухгалтер, муж в ночную на такси, сын уже взрослый... А я сидела в коротком красном платье и позволяла этому толстому мужику наливать мне ещё.

К одиннадцати я уже плохо соображала. Он вызвал свою огромную чёрную машину. Сказал, что подвезёт. Я согласилась. В салоне пахло кожей и его тяжёлым одеколоном. Едва дверь закрылась, он положил мне руку на бедро и сказал:

— Рот открой.

Я открыла. Он достал толстый, уже твёрдый член и просто засунул мне в рот. Держал за волосы и двигал головой так, как ему хотелось. Я давилась, слюна текла по подбородку, но сопротивляться уже не было сил — и желания тоже. Он кончил мне в рот быстро, грубо, заставил проглотить. Потом пересадил меня к себе на колени, задрал платье, сдвинул стринги и вошёл сразу. Машина закачалась. Он мял мою грудь своими толстыми руками, тяжёло дышал мне в шею и ебал коротко, жёстко, пока не кончил второй раз. После вытолкнул меня на сиденье, застегнул ширинку и сказал, что мы на месте.

Я кое-как дошла до подъезда. Ключи дрожали в руках. В квартире было тихо — муж на работе, сын, наверное, уже спит. Я добралась до комнаты, даже не стала раздеваться, просто рухнула на кровать. Голова кружилась. Последнее, что я помню — как платье задралось, и я подумала, что надо бы его поправить...

А потом — ничего.

Просто тьма.

Я уже несколько лет дрочил на неё.

Не на маму. На женщину, которая жила с нами. Бухгалтер. Сорок семь лет. Ухоженная, с тяжёлой грудью и жопой, на которую я кончал в одиночестве больше раз, чем могу вспомнить. Отец работал таксистом в ночь, уезжал под вечер и возвращался только под утро. А она оставалась. Иногда одна. Иногда — нет.

В тот вечер я стоял у окна и смотрел, как во дворе качается огромный чёрный внедорожник. Тридцать две минуты. Я засекал. Это был её босс. Толстый, тяжёлый мужик с огромным животом и короткими пальцами. Я видел его пару раз, когда он забирал её после работы. Знал, что она ему даёт. Знал, что она сосёт ему в этой машине.

Потом дверь открылась. Сначала вылез он — застегивал ширинку, тяжело дышал. Потом она. Вывалилась на асфальт, поправила красное платье, вытерла рот тыльной стороной ладони. Губы у неё были красные, припухшие. Она нетвердо пошла к подъезду.

Я открыл дверь ещё до того, как она дошла. Она даже не удивилась. Прошла мимо, споткнулась, добралась до комнаты и рухнула на кровать прямо в одежде. От неё пахло вином, дорогим парфюмом и спермой. Я подошёл ближе. На её губах ещё оставался лёгкий блеск. Она сосала ему в машине. Толстый босс держал её за волосы и гонял членом в горло, пока она давилась. А потом, судя по тому, как качался внедорожник, ещё и выебал.

Я сел на край кровати. Снял с неё туфли. Потом куртку. Потом медленно потянул платье вверх. Под ним были чёрные кружевные стринги. Утром она ушла в телесных. Значит, он уже снимал с неё бельё. Или она сама переоделась после того, как он в неё кончил.

Я стянул стринги. Она даже не шевельнулась. Лежала голая, пьяная до отключения, с раздвинутыми ногами. Между ног было мокро и слегка красновато — его следы. Я провёл пальцами и почувствовал, какая она горячая и растраханная. Представил, как этот жирный мужик наваливался на неё своим животом, как раздвигал ей ноги своими толстыми руками, как вбивался. И как она до этого стояла на коленях в машине и старательно сосала.

Я достал презерватив и смазку. Выдавил прямо на неё, размазал по дырке, потом выше — к заднице. Раздвинул бёдра шире и медленно вошёл. Она была рыхлая после него, легко приняла. Я начал двигаться, глядя на её лицо. На губы, которые ещё час назад обхватывали чужой член. На грудь, которую, наверное, сжимал этот толстый урод.

— Мать... — тихо сказал я и резко вошёл до конца.

Она слабо всхлипнула во сне, но не проснулась. Я ебал её жёстче. Держал за бёдра так, что оставались белые следы. Шептал ей в лицо всё, что копилось годами:

— Ты только что сосала своему жирному боссу... Он тебе в рот кончил... А теперь я тебя ебу...

Я перевернул её на живот, поднял за бёдра и вошёл снова. Смотрел, как растягивается. Потом добавил смазки и медленно вставил в жопу. Она издала сдавленный звук, пальцы слабо сжались в одеяло, но глаза так и не открыла. Я ебал её в задницу, держа за волосы, и представлял, как тот толстый мужик держал её так же в машине, пока она давилась его членом.

Кончил я глубоко, зло, с каким-то звериным удовлетворением. Вытащил. Снял презерватив. Вытер её между ног и между ягодиц влажными салфетками, натянул обратно чёрные стринги, опустил платье. Укрыл одеялом.

Утром она проснулась с тяжёлым похмельем, держалась за голову и спросила хриплым голосом, не видел ли я её телефон. Я спокойно ответил, что нет. Она пошла в душ. А я сидел на кухне, пил кофе и всё ещё чувствовал, как у меня дрожат руки.

Не от страха.

От того, что я наконец выебал свою мать после того, как её уже оттрахал и заставил сосать толстый босс.

Я проснулась утром с раскалывающейся головой и мерзким привкусом во рту. Тело ломило. Между ног было странно — не больно, но чувствительно, как будто меня долго и тщательно использовали. В заднице тоже оставалось тянущее ощущение. Я списала всё на вчерашнего босса. Он же меня выебал в машине. Наверное, ещё и пальцами лазал, пока я уже отключалась.

Я поднялась, пошла в душ. Сняла платье и чёрные стринги — странно, утром я уходила в телесных... Наверное, переоделась после работы и забыла. Под струями воды я провела рукой между ног. Было слегка припухшим. Я морщилась, но не стала об этом думать. Просто вымылась, выпила таблетку от головы и вышла на кухню.

Сын сидел за столом и пил кофе. Спокойный, обычный. Спросил, как корпоратив. Я хрипло ответила, что слишком много выпила, и попросила не шуметь. Он кивнул и вернулся к телефону.

Я даже не взглянула на него подозрительно.

Просто думала, какой же я всё-таки старая дура, что опять дала боссу.