Мы не планировали. Всё вышло как-то само собой, криво и неизбежно, как падение с лестницы. Я зашёл к ним за паяльником, который она обещала передать от мужа ещё неделю назад. Дверь была не заперта. Она стояла у плиты в коротком халате, накинутом на голое тело — я понял это по тому, как ткань липла к её бедру, когда она потянулась за чашкой.

— Дим, ты чего застыл? — она обернулась, и халат распахнулся. Под ним ничего не было. Ничего. Я видел край тёмного соска, выбившийся из-под шва.

— За паяльником.

— А... — она усмехнулась, медленно, с хрипотцой. — Проходи. Он в кладовке, на верхней полке. Я бы достала, но мне лень.

Я шагнул в прихожую, и она закрыла дверь за мной. Щёлкнул замок. Я обернулся — она уже стояла вплотную, и запах её духов с ноткой пота и жареного лука ударил в голову.

— Ты знаешь, что я не просто так тебя позвала? — её голос дрогнул на последнем слове.

— Ань...

— Не надо. — Она прижалась ко мне, и я почувствовал, как её соски твёрдые, как пуговицы, упираются мне в грудь через тонкую ткань халата.

— Мой уехал на вахту. Три недели. Я уже вся извелась.

Она взяла мою руку и прижала к своей груди. Я сжал пальцы, и она выдохнула, запрокинув голову.

— Скажи, что не хочешь, — прошептала она. — Скажи, и я отпущу тебя.

Я молчал. Вместо ответа я стянул с неё халат за пояс, и он упал на пол, как тряпка. Она была вся передо мной — белая кожа в свете луны из окна, тёмный треугольник волос внизу, и я уже чувствовал, как член упирается в ширинку, готовый разорвать её.

— Пойдём на кухню, — сказала она, и в голосе её была такая же хрипота, как у меня в паху. — Я хочу, чтобы ты трахнул меня прямо на столе, как последнюю шлюху.

Мы не дошли до стола. Я прижал её к стене, и она задрала ногу, обхватив меня за талию. Я спустил джинсы вместе с трусами, и мой член выскочил наружу, твёрдый до боли. Она схватила его рукой, сжала, и я застонал.

— Какой большой, — выдохнула она. — Господи, Дим, какой у тебя огромный член. Мой муж — так, огрызок по сравнению с тобой.

Я провёл рукой по её животу, вниз, и пальцы нащупали мокрую, горячую щель. Она была вся в соке, влажная, скользкая.

— Боже, ты так течешь, — прорычал я. — Прямо на руку.

— Да... — она закусила губу. — Я как сучка в течке, когда ты рядом. Просто вылизывай меня, Дим. Пальцами. Сильнее.

Я просунул два пальца внутрь, и она выгнулась, застонав сквозь зубы. Я развёл пальцы внутри неё, растягивая, и она задышала чаще, прижимаясь лбом к моему плечу.

— Не мучай меня, — прошептала она. — Вставь в меня свой член. Трахни меня, как кобель.

Я подхватил её под ягодицы, и она обхватила меня ногами. Головка члена упёрлась в её скользкий вход, и я медленно, дюйм за дюймом, вошёл в неё. Она была тесная, горячая, и я чувствовал, как её внутренние мышцы сжимаются вокруг меня.

— Ах... — она выдохнула, когда я вошёл до конца. — Да... такой глубокий...длинный хуй.

Я начал двигаться, сначала медленно, втираясь в неё, чувствуя, как её влага обволакивает меня. Она царапала спину ногтями, прижимаясь ко мне, и шептала:

— Быстрее... Сильнее... Не жалей меня...Еби мою пизду. ..Еби сильнее. ..Разъеби мою дырку. .

Я ускорился, вбиваясь в неё с каждой порцией силы. Стена ходила ходуном, и она стонала всё громче, не сдерживаясь.

— Ах, блять! — выкрикнула она. — Да! Вот так! Прямо туда! По самые яйца! Вгоняй меня свой член, свой толстый хуй....Я сука вся теку от твоего хуя...моя пизда вся хлюпает....бляяя....

Я опустил её на кухонный стол. Холодная столешница обожгла её спину, и она вскрикнула, но тут же засмеялась — коротко, отрывисто. Я развёл её ноги шире, и она сама потянула меня за бёдра.

— Смотри, как я тебя беру, — сказал я, войдя в неё снова. — Смотри, как мой член входит в твою мокрую киску.

— Да... — она смотрела на меня, не отрываясь. — Трахай меня, Дим. Трахай мою грешную пизду, еби меня, я твоя шлюха разратная, изменяю мужу. ..хочу твой хуй....ебиииии..

Я наклонился, взял её сосок в рот и начал посасывать, одновременно продолжая двигаться. Она застонала, выгибая грудь навстречу, и я чувствовал, как её ноги дрожат.

— Ох... Господи... — выдохнула она. — Я уже близко... Не останавливайся...

Она кончила с криком, сжимая меня внутри так сильно, что я еле удержался. Но я не остановился. Я перевернул её на живот, приподнял её ягодицы и вошёл сзади, глубоко, до самого конца.

— Ах! — она вцепилась в край стола. — Боже, Дим! Так глубоко!

Я вбивался в неё, глядя, как её ягодицы вздрагивают от каждого толчка. Я шлёпнул её по заднице, и она застонала:

— Ещё... Сильнее...

Я намотал её волосы на кулак, оттянул голову назад и прошептал ей на ухо:

— Ты моя, Аня. Слышишь? Вся моя.

— Да... — простонала она. — Твоя... Я вся твоя...твоя ебаная блядина.....шлюха....еби меня в любое время...разъеби мою пизду...

Я чувствовал, как напряжение в паху нарастает, и ускорился до предела. Она кричала, не в силах сдерживаться, и я кончил в неё, выплеснув всё до последней капли, чувствуя, как она содрогается подо мной.

Мы замерли, тяжело дыша. Я вышел из неё. С члена стекала сперма.

Она присела, взяла мой член в рот и слизала остатки спермы с головки, но продолжала ещё некоторое время его сосать.

— Какой у тебя хуй огромный и вкусный, прошептала она. — Я обожаю сосать его и лизать твои яйца.

Она отстранилась улыбаясь. Ее губы были в моей сперме.

— Мне теперь нужно приходить чаще, сказал я и поцеловал ее.