Часть I. Порок

Глава 5. Точки пересечения

Понедельник безжалостно и быстро вернул устоявшуюся жизнь нашей семьи в привычное, размеренное русло. На нашей тихой, уютной и залитой мягким утренним солнцем кухне, где на подоконнике цвела герань, приятно и сытно пахло поджаренными пшеничными тостами, топленым сливочным маслом и свежсваренным кофе. Мы неторопливо завтракали втроем. Четырехлетняя Настенька, забавно надувая свои пухлые щеки и весело болтая ножками в воздухе, увлеченно пыталась поймать маленькой серебряной ложкой скользкую ягодку черники из йогурта. Артём, добродушно посмеиваясь в кулак, аккуратно и заботливо вытирал ей испачканный подбородок бумажной салфеткой. Я сидела напротив них, медленно прихлебывая горячий чай со смородиновым листом, и чувствовала, как внутри меня теплой лавиной разливается абсолютное, концентрированное и нерушимое семейное счастье. Моё личное уравнение жизни казалось безупречным.

Закончив со сборами и завтраком, мы начали быстро собираться, проверяя сумки. Артём, присев на корточки в прихожей, терпеливо застегивал на дочке крошечные лаковые ботиночки розового цвета, я поправляла перед зеркалом строгий, жесткий воротник белоснежной блузки, и вскоре мы дружной, шумной и бесконечно счастливой компанией вышли из квартиры в прохладный подъезд.

Прямо возле дверей лифта мы внезапно столкнулись с нашей соседкой по лестничной клетке — Катей. Ей было тридцать три года, и она обладала той яркой, хищной и вызывающей внешностью, которую абсолютно все мужчины невольно провожают долгими, оценивающими взглядами.

При росте около 170 сантиметров у нее была безупречная, подтянутая спортивная фигура: высокая, упругая грудь второго размера, рельефная круглая попка и длинные, идеально стройные ноги, которые она выгодно, намеренно подчеркивала узкой, облегающей юбкой-карандашом черного цвета. Густые темные волосы Кати были аккуратно и строго собраны в высокий, динамичный хвост, полностью открывая изящную, тонкую шею.

Насколько я знала из редких соседских разговоров, замужем она никогда в жизни не была, детей не имела и всю себя без остатка отдавала карьере, работая заместителем главного врача нашей районной поликлиники.

— Доброе утро! — вежливо и приветливо поздоровались мы почти одновременно, обмениваясь дежурными улыбками.

Катя приветливо, но как-то слишком внимательно улыбнулась в ответ, мимолетно, острым и оценивающим взглядом скользнув по нашей дружной семье.

Кабина лифта мягко, со знакомым гулом опустилась на первый этаж, железные двери разъехались, и мы вместе вышли на залитую ярким солнцем городскую улицу, направляясь в сторону шумного проспекта.

У самого перекрестка Артём нежно поцеловал меня в губы, ласково потрепал хохочущую Настю по мягким волосам и поспешил к подземному переходу метро — его ждала важная работа.

Я же повела дочку за руку в детский сад, расположенный всего в паре кварталов от нашего многоэтажного дома. Кате было полностью по пути, и мы пошли дальше по аллее вдвоем, неторопливо и очень мило беседуя о каких-то мелких бытовых пустяках, погоде, ценах на рынке и планах на грядущую рабочую неделю. У самых ворот детского садика мы тепло, по-соседски попрощались и разошлись в разные стороны.

Мой рабочий день в университете пролетел на одном дыхании, как единый миг: сложные лекции на кафедре, проверка курсовых работ, бесконечные строгие формулы на тяжелой доске.

В это же самое время на другом конце нашего района Катя привычно, властно и жестко руководила подчиненными в поликлинике, подписывая ведомости. Но за её строгим, накрахмаленным медицинским халатом скрывалась бурная, глубоко тайная личная жизнь.

В этой же поликлинике у Кати был тайный любовник — молодой, невероятно харизматичный и красивый хирург Мурат. Их порочная связь была построена исключительно на чистой, дикой и необузданной физиологической страсти. В самый разгар рабочего дня, плотно заперев массивную дубовую дверь кабинета заместителя главного врача на замок, они отдавались друг другу прямо на широком, дорогом кожаном диване коричневого цвета.

Мурат брал её яростно, грубо, уверенно, срывая одежду и заставляя Катю до крови кусать собственные губы, чтобы её громкие, экстатические стоны не вырвались в гулкий коридор, где за дверью ходили пациенты и медсестры.

Это были отношения, полностью лишенные каких-либо обязательств или планов на будущее, но наполненные сумасшедшим физическим притяжением, от которого у Кати кружилась голова.

Однако эта тайная плотская идиллия продлилась недолго. Ровно через неделю Мурат внезапно, без предисловий объявил ей, что женится на девушке из обеспеченной, влиятельной семьи и переводится работать в другую престижную клинику. Спустя несколько дней он окончательно, собрав вещи, уехал в другой город.

Катя, привыкшая всегда и во всем получать то, что хочет, переносила это неожиданное расставание и предательство невероятно тяжело, болезненно. Опустевший кабинет ежедневно напоминал ей о потере, а одинокие вечера в пустой квартире стали просто невыносимыми. Внутри ее души начала стремительно зреть глухая, черная и темная обида на весь окружающий мир.

Через пару дней, пытаясь хоть как-то отвлечься от гнетущих мыслей и одиночества, Катя медленно гуляла по тенистым аллеям местного парка. Весенний воздух был теплым, вокруг весело смеялись чужие дети. Внезапно её острый взгляд выхватил из толпы прохожих знакомые силуэты. На зеленой лужайке, залитой мягким солнцем, сидели мы: Артём весело катал хохочущую Настеньку на своих широких плечах, а я с бесконечной нежностью и любовью смотрела на них, протягивая мужу стаканчик с тающим мороженым. Мы выглядели как идеальная, ожившая картинка из дорогого журнала о счастливой жизни.

Катя замерла на асфальтированной дорожке парка. Глубокая, ядовитая и удушающая зависть уколола её прямо в сердце. Одиночество, тоска по уехавшему Мурату и собственная женская неустроенность в этот момент соединились в одну гремучую смесь. Она сощурила свои темные, хищные глаза, глядя на наш семейный пикник, и тихо, едва слышно, сдерживая злобу, прошипела сквозь зубы в пустоту: — Почему ей всё... а мне ничего?

Это, всего лишь небольшая часть черновика глубокого, интелектупльного, психологического триллера под названием "Погрешность". Это рассказ о том, как любое преступление против человеческой души влечет за собой неизбежные последствия. Этот поучительный роман демонстрирует, что ни один порок нельзя скрыть, и когда система накапливает критическую массу грехов, граничные условия стираются, взимая определенную, ужасающую плату. Сегодня, книга уже готова полностью, и доступна в полном объёме на https://www.litres.ru/book/anatolii-f-zgarskii-34112613/pogreshnost-74651423/

Этот и другие рассказы можно прочитать в моём Telegram-канале: https://t.me/+jwpfijrZtk5lZTky. Регулярная публикация новых частей рассказов и новых произведений.