Не знаю, что именно в аэропортах меня так заводит. Может, эта бесконечная скука, очереди, ожидание, а может, то, что вокруг толпы чужих людей, которые никогда тебя больше не увидят. Короче, идеальные условия, чтобы захотеть, чтобы тебя жёстко выебали прямо здесь и сейчас.

На этот рейс я летела после трёх недель у родных. Ни вибратора с собой, ни нормального траха — тиндер там не работал, знакомых нет, пальцами уже весь клитор натёрла до мозолей. Пизда ныла по-настоящему, требовала большого, живого хуя.

Одета была в короткое зелёное платье на завязках. Если потянуть шнуровку под грудью, сиськи третьего с половиной размера вываливаются так, что хоть на обложку журнала. Я чуть полновата, животик есть, но зато жопа круглая, а грудь такая, что мужики теряют дар речи. Пока сидела в зале ожидания, шнуровка была расслаблена — показывать пока не для кого.

Всё изменилось, когда рядом со мной в самолёте сел он. Лет сорока пяти, рубашка с закатанными рукавами, тёмные брюки, пиджак на руке. Лицо мужественное, с лёгкой сединой на висках и в щетине — именно такие меня и сносят с катушек. Я случайно поймала его взгляд и тут же отвернулась, будто застеснялась. А внутри уже всё намокло.

Первые полчаса полёта прошли спокойно. Потом выключили табло ремней, и я больше не могла терпеть. Встала, пробралась мимо него (специально прижалась бедром к его плечу), буркнула «извините» и пошла в туалет.

В тесной кабинке быстро стянула с себя лифчик и трусы, засунула их в рукав куртки. Затянула шнуровку на платье до упора — сиськи теперь торчали вперёд, как два спелых арбуза, соски уже стояли колом от возбуждения, прямо через тонкую ткань просвечивали. Трусы были уже мокрые насквозь, я их свернула и спрятала поглубже. Куртку держала перед грудью, будто прикрываюсь, и вернулась на место.

Села, аккуратно положила куртку на колени и чуть задрала подол — теперь, если он посмотрит, увидит голые бёдра почти до самой пизды. Плана у меня не было, просто хотела, чтобы этот взрослый мужик на меня пялился и, может, что-нибудь сделал.

И он запалился почти сразу. Сначала украдкой косился, потом уже открыто смотрел на мои сиськи, которые едва держались в платье. Соски от его взглядов стали ещё твёрже, прямо буграми выпирали. Я чувствовала, как между ног всё течёт, трусов нет, и соки уже по внутренней стороне бёдер поползли.

Я сидела у иллюминатора, шторка была опущена. Вдруг он тянет руку мимо меня и открывает её. При этом почти ложится на меня сверху, рука скользит по моей груди. Я специально прогнула спину, подставляя сиськи. И вот обратным движением его костяшки «случайно» цепляют верх груди, проводят по коже, чуть задевают сосок. У меня аж дыхание перехватило.

Так и летели дальше: я сижу вся текущая, он уже даже не прячет взгляд, пялится на мои сиськи, на бёдра, на то, как платье задралось. Я чуть раздвинула ноги, чтобы он видел, что под платьем пусто. В какой-то момент я всё-таки вырубилась от усталости и возбуждения.

Просыпаюсь — солнце прямо в глаза, шторка открыта. Тянусь закрыть, а он впервые за весь полёт говорит:

— Давай я.

И снова тянется через меня. На этот раз «случайно» зажимает мой сосок между пальцами, пока тянет шторку. Сдавливает, крутит, тянет на себя — я чуть не кончила прямо в кресле, пизда судорожно сжалась, я вцепилась в подлокотники.

Самолёт пошёл на посадку. Все встают, толкаются в проходе. Я встала перед ним, чувствуя себя сучкой на последней стадии течки. Решила напоследок рискнуть: «уронила» куртку, медленно нагнулась за ней, раздвинув ноги и подняв жопу прямо к нему. Платье задралось, голая пизда и жопа оказались прямо перед его лицом — мокрые, распухшие, текущие.

И тут я почувствовала. Два толстых мужских пальца без предупреждения влетели мне в пизду по самые костяшки.

Я чуть не завыла. Он резко подвигал ими внутри, вынул, и тут же один палец, весь в моих соках, вдавил мне в жопу. Я прикусила руку, чтобы не кричать на весь салон. Он поводил пальцем в жопе, растягивая, потом вытащил оба и просто встал сзади, как будто ничего не было.

Я выпрямилась, ноги дрожали, пизда пульсировала пустотой. Мы вышли из самолёта, я думала — всё, пиздец, пойду домой и буду ебаться с первым попавшимся. Но тут он хватает меня за запястье, молча кивает в сторону коридора и идёт. Я пошла за ним, как на верёвочке.

Он быстро свернул в боковой коридор, где почти никого не было, и втолкнул меня в туалет с одной кабинкой. Дверь щёлкнула замком.

Сразу прижал меня спиной к холодной кафельной стене, вдавил всем телом. Я почувствовала, какой у него стояк: толстый, твёрдый, прямо в живот упирается через брюки. Он не спрашивал разрешения, просто впился в губы, жёстко, глубоко, язык сразу в рот, зубы цепляют мою губу. Одной рукой схватил меня за горло и сдавил, не сильно, но так, что дыхание перехватило, а второй рванул шнуровку на платье. Ткань сползла вниз, сиськи вывалились наружу, тяжёлые, горячие и влажные от пота.

Он тут же вцепился в них обеими руками, сжал так, что я застонала ему в рот, пальцы впились в соски, покрутили, потянули, потом он наклонился и взял правый сосок зубами, прикусил, потянул на себя, пока я не завыла. Левая грудь осталась в его ладони: он мял её грубо, как будто хотел выжать из неё все соки.

Я уже текла по ногам, пизда ныла от пустоты. Он оторвался от сисек, развернул меня лицом к стене, прижал грудью к холодному кафелю. Слышу, как он зубами расстёгивает ремень, молния шипит, брюки падают до колен. Одна рука поднимает подол платья до талии, вторая хватает меня за бедро и раздвигает ноги шире.

Я прогнула спину, выставила жопу, и тут же почувствовала: горячая, толстая головка упёрлась мне прямо в мокрые половые губы. Он не стал тянуть, просто вдавил бёдра вперёд и вошёл одним резким толчком до самого конца. Я ахнула: хуй был длинный и толстый, сразу растянул меня до предела, головка ударила куда-то глубоко внутрь. Это было настолько резко, мощно и властно, что я чуть не кончила только от одного этого входа.

Он дал мне всего секунду, чтобы привыкнуть, потом положил ладонь мне на шею сзади, прижал голову к стене и начал ебать: глубоко, жёстко, без лишних прелюдий. Каждый раз выходил почти полностью, чтобы я почувствовала пустоту, и тут же вгонял обратно до самых яиц. Звук стоял такой, будто по мокрому мясу шлёпают: мои соки летели во все стороны, капая на пол.

Я пыталась повернуться, посмотреть на него, а он сильнее вдавил меня в стену и прорычал прямо в ухо:

— Это тебе за то, что всю дорогу дразнила, шлюха. Теперь просто принимай член как положено.

С этими словами он собрал мои соки с пизды на большой палец и без предупреждения засунул мне в жопу по самое основание. Я завыла в стену, он зажал мне рот ладонью и начал ебать сразу в две дырки: хуем в пизду, пальцем в жопу, синхронно, глубоко, безжалостно.

Я уже не выдержала: рука сама потянулась к клитору, начала яростно его дрочить. Он почувствовал, что я на грани, ускорился, стал долбить ещё сильнее, палец в жопе крутил, растягивал, затем и второй сунул туда же. Я кончила так, что ноги подкосились: пизда начала судорожно сжиматься вокруг его хуя, брызнула ему на яйца, всё тело тряслось, я орала ему в ладонь.

Он зарычал, вдавил меня в стену всем весом, хуй вошёл до самой матки и начал кончать: мощные, горячие струи одна за другой заливали меня изнутри. Я чувствовала, как он пульсирует, как сперма заполняет всё, как её уже столько, что она вытекает наружу и стекает по бёдрам.

Кончил, подержал ещё пару секунд внутри, потом спокойно вытащил, застегнул молнию, помыл руки над раковиной, как будто просто пописал, и, выходя, звонко шлёпнул меня по голой жопе.

Дверь закрылась. Я сползла по стене на пол, ноги раздвинуты, платье задрано, из пизды текла его сперма, смешанная с моими соками. Дышала тяжело, всё тело дрожало.

Блять. Вот это полёт!

720   46   +10 [5]