От автора. Скажу честно. У меня в сообщениях висит несколько сообщений на тему "Куда пропала" и "А будет ли продолжение?". Так вот отвечаю. Я не сильно, в последнее время, доверяю этому сайту. Поэтому публикую тут только те рассказы и истории, что у меня и так есть в свободном доступе, уйдя на лит площадки и другой, чуть менее известный сайт эротических историй. Но публиковаться тут все равно, отчасти, буду. Даже несмотря на мою не любовь к тому, что все истории отсюда уплывают на sefan. Но это так, лирическое отступление.

Теперь что касается самой истории. Мия будет выложена НЕ ПОЛНОСТЬЮ. Ниже я дам ссылки, где продолжаю историю. Но, так как у меня тут есть пара друзей, которые, в отличии от меня, любят этот сайт, я опубликую начало истории тут. И сразу дам пояснение. Эта история — моя версия сборника рассказов магичку Ниа автора Dezmond (https://bestweapon.net/author.php?author=Dezmond&page=1) Это не плагиат. Не рерайт. И даже не творческая переделка. Это именно моя версия тех событий, основанная на тех рассказах. И если первая часть (Призыв демона), еще может попадать под второй и третий пункты, то вот дальнейшее — уже нет. Ну а теперь сама история. Читать или нет — решать вам и только вам.

_____________________________________

Мия Ланкастер.

Теплое, почти осязаемое золото свечного света лениво растекалось по углам сумрачной комнаты, выхватывая из тьмы корешки древних гримуаров и тяжелые, нависающие тени мебели. На полу, выведенный ритуальным углем и скрепленный свежей кровью пятипалого горного скворца, пульсировал безупречный круг призыва. Геометрия линий гудела от вплетенной в них магии, напрягаясь под колоссальным давлением извне.

Невероятно! У нее и вправду получилось!!!

Мия застыла, не смея сделать ни единого вдоха. Глаза девушки расширились от дикого, пьянящего экстаза, смешанного с леденящим душу ужасом, когда в центре начерченного контура начала сгущаться тьма, яростно разрывая саму ткань пространства. Заклинание сработало без единой осечки. Она — простая низкоранговая ученица, посмевшая украсть запретный свиток высшего призыва прямо из-под носа у мастеров, — совершила невозможное.

В детстве она часто подсматривала из тени академических галерей, наблюдая, как великие архимаги призывают мелких бесов для поручений или низших духов для охраны периметра. Уже тогда, парализованная благоговением, она поклялась себе, что однажды призовет сотни могущественных слуг, заставит этот закостенелый, архаичный мир магов считаться с ней и станет величайшей чародейкой своего времени. Теперь, казалось, ее детские амбиции наконец обретали плоть.

Тьма внутри круга рассеялась, и демон полностью материализовался.

На первый взгляд его можно было принять за человека — невероятно красивого, порочного аристократа с резкими, хищными чертами лица. На вид ему было не больше двадцати семи. Грациозный, как пантера перед прыжком, и возвышающийся почти на два метра, он стоял на ледяном каменном полу совершенно босой. Единственной его одеждой были простая черная шелковая рубашка с расстегнутым воротом и свободные темные штаны. Мия успела заметить аккуратный разрез в ткани сзади, из которого свободно выходил длинный, черный как полночь хвост. Он двигался сам по себе, медленно и плавно, будто его хозяин думал им отдельно от остального тела — не нервно, не угрожающе, а с той же ленивой грацией, что определяла весь его облик. Волосы, черные как сама бездна, беспорядочно падали на лоб, но две отчетливые детали мгновенно разрушали эту человеческую элегантность: его глаза горели расплавленным, ядовитым золотом с узкими вертикальными зрачками, а пальцы венчали черные как смоль, острые как бритва когти.

От него исходила такая первобытная, концентрированная опасность, что все внутри Мии сжалось в ледяной ком. Воздух в комнате мгновенно стал тяжелым, густым от запаха озона и сухой, выжженной земли. Она мысленно попыталась успокоить себя: «Если наложить иллюзию на его глаза, спрятать когти... и хвост... он мог бы гулять по улицам любого города, не привлекая ни капли внимания. Из него выйдет идеальный телохранитель».

Оставалось лишь прочесть формулу абсолютного подчинения и защелкнуть ментальный ошейник на шее зверя. Собрав все капли стремительно тающего мужества, Мия глубоко вздохнула, вызывающе вскинула подбородок и разомкнула губы, готовясь обрушить громыхающую латынь ритуала. Но прежде чем она успела издать хоть звук, ленивый, насмешливый и до бесконечности усталый бархатный голос рассек тишину комнаты:

— Ну и?

Мия поперхнулась на полуслове, закашлявшись и согнувшись пополам, мгновенно растеряв величественную грандиозность темной повелительницы.

Крон.

Высший Демон, известный как Крон, был не просто раздражен. Он был в ярости — ярости, которую мастерски скрывал за маской ленивого, кошачьего безразличия.

Его оторвали не от дел, и даже не от привычной, утомительной рутины преисподней вроде истязания грешников или сортировки манифестов. Магия призыва бесцеремонно выдернула его за шиворот в самый неподходящий момент. Последние два часа Крон вел безупречное, тонкое соблазнение дьявольски аппетитной демонессы.

Диалог лился как вино, дело неуклонно двигалось к постели, и чертовка уже кусала свои пухлые губы, провокационно потягивалась и выгибала спину в обещании незабываемой ночи. Крон уже готов был сделать свой ход, когда — р-раз. Внезапный разрыв реальности, вспышка чужой магии, и вот он здесь. Вечер был полностью, бесповоротно испорчен. Даже если он разберется с этой смертной за считанные секунды, вернуться в тот же самый момент и поймать то же самое настроение будет невозможно. А это означало, что этот наглый призыватель должен ему моральную компенсацию. Самым извращенным способом.

Законы мироздания были абсолютны, поэтому Крон подчинился зову. Еще во время перехода опытный хищник проверил свои путы. К его глубокому сожалению, и связующий контур, и защитный барьер, ограждающий мага, были начерчены безупречно. В рунах не было ни единой ошибки, геометрия вибрировала от сырой силы.

Крон не торопясь осмотрелся, оценивая обстановку. Маленькая, довольно уютная мансардная комната, комод, стол, пара стульев, широкая кровать у стены, свернутый ковер... и насмерть перепуганная девушка, застывшая в центре комнаты за пределами круга призыва. Хвост Крона дернулся за спиной — медленно, задумчиво, как у кота, чей интерес внезапно пробудился.

Демоны бездны, серьезно? Крон искренне ожидал увидеть проницательного магистра, глубоко погрязшего в придворных интригах, с которым можно заключить пару выгодных сделок. Вместо этого перед ним стояло ходячее недоразумение в высоком корсете, узких брюках и длинном плаще, волочащемся по полу.

Девушка была парализована страхом. Крон отчетливо видел, как дрожат ее колени под складками плаща, как пальцы вцепились в ткань так сильно, что побелели костяшки. И все же она изо всех сил пыталась играть роль свирепой королевы — плечи расправлены, лицо застыло в надменном выражении. Но ее расширенные, испуганные зрачки выдавали ее с головой.

Мысленно вздохнув, Крон решил подтолкнуть бедняжку к действию, пока она не хлопнулась в обморок от ужаса.

— Ну и? — повторил он, скрестив руки на груди и слегка склонив голову.

Смертная судорожно сглотнула, переводя дыхание, и наконец выдавила первые слова. Гордые, громкие, почти визгливые:

— Назови себя, демон!

Крон не сдержался; он издал откровенную, презрительную усмешку, а потом зевок, обнажив жемчужно-белые клыки, которые были острее, чем у любого человека.

Она что, спятила? Призвать Высшего Демона по общему ключу, даже не зная, кого именно и зачем она вызывает? Судя по ее воинственному, но паническому тону, она не блефовала. Это означало только одно: маленькая дурочка просто нашла древний текст, вызубрила фонетику и прочла их вслух, не потрудившись перевести свиток или выучить условия сделки.

Крон медленно, плавно прошелся вдоль края круга, как огромный, сытый кот, приглядывающийся к мыши. Хвост за его спиной замер — а затем внезапно, одним быстрым, бесшумным движением, рассек воздух, словно подводя черту под какой-то внутренней мыслью. Его взгляд — тяжелый, задерживающийся и откровенно раздевающий — скользнул по ее фигуре, задержавшись на изгибе бедер и приподнятой корсетом груди. Под этим взглядом девушка мгновенно осеклась, залившись густым, жгучим румянцем, и сделала робкий шаг назад, заработав еще одну насмешливую улыбку Крона.

Он вгляделся в ее ауру, ожидая увидеть привычную грязь, которая обычно толкает смертных на призыв сущностей Бездны. Но, к его удивлению, ментальное поле девушки было на удивление чистым. В ней не было гнили, никаких следов предательства, трусливого стукачества, мелких злословий или гнусных поступков. Она была гордой, амбициозной, глупой и отчаянной — но не грязной. С этой будет забавно поиграть.

— Крон, — представился он, позволяя своему голосу рокотать низко и вкрадчиво, словно шорох пересыпающегося золота.

Мия Ланкастер.

В глазах чародейки мгновенно вспыхнул торжествующий огонь.

«Он назвал свое имя! Он подчиняется и не может выйти за черту!» — пронеслось у нее в голове. Внутренний ужас отступил на долю секунды, уступая место чистому, пьянящему торжеству. Раз это чудовище признало ее силу, пора приставить его к делу.

Собрав всю свою ментальную энергию, она скороговоркой, звонко и быстро, протараторила формулу абсолютного порабощения. Мия вложила в слова всю свою волю и остатки маны, ожидая, что круг вспыхнет яростным багрянцем, устанавливая железную привязь в его разуме...

Ничего. Абсолютно ничего.

Защитные руны на полу даже не мигнули. Никакой связи не возникло. Демон лишь прищурил свои невозможные желтые глаза, в глубине которых плясали искры откровенного, насмешливого веселья. Его хвост, тем временем, вытянулся прямо — медленно, почти торжественно — и замер, указывая прямо ей в лоб. Мие показалось, что даже хвост смеется над ней.

— Сколько тебе лет, девочка? — осведомился он. Ледяной тон Высшего Демона теперь был густо приправлен иронией, от которой чародейке захотелось лишь одного — топнуть ногой от злости.

— Я не девочка! — огрызнулась она, чувствуя, как жар стыда и гнева заливает щеки. — И это не твое дело!

Почему заклинание не сработало? Она трижды перепроверила структуру! В учебниках по демонологии черным по белому сказано... стоп, что там говорилось о Высших Демонах?

— О, уже не девочка, — усмехнулся Крон, и от этой хищной улыбки она снова внутренне сжалась. Он просто играл с ней, как кот с полумертвой мышью. — И все же? Мне нужно число для протокола, моя драгоценная.

— Двадцать три, — неохотно пробормотала она, выравнивая дыхание и изо всех сил стараясь не смотреть на его обнаженную грудь. Или на хвост. Особенно на хвост, который теперь лениво покачивался из стороны в сторону — совершенно независимо, совершенно самодовольно.

Крон.

Крон мысленно (строго мысленно; его лицо оставалось безупречной маской высокомерного превосходства) изогнул бровь.

Всего двадцать три года, а плотность ее магического ядра сопоставима с опытным адептом на грани становления мастером. Люди обычно корпят в своих академиях до тридцати, лишь бы накопить такой объем чистой энергии. Потенциал девушки был астрономическим. Она явно прокручивала в голове еще несколько заклинаний подчинения — он чувствовал, как ее аура отчаянно, яростно тычется в его барьер. Бесполезно, маленькая дурочка. Тот самый круг, что связывал его, защищал его и от любых ее попыток стать его госпожой. Как и сам контракт, собственно.

Поняв, что ее магия бьется о каменную стену, девушка наконец перестала тратить силы и злобно уставилась на него исподлобья, как потрепанный, но до жути гордый котенок.

— Хорошо, « ужене девочка», — промурлыкал Крон, лениво разглядывая свои черные когти. — Скажи мне, если позволишь... за все то время, что тебя так прилежно учили, великие маги так и не удосужились объяснить базовые вещи, вроде чтения и письма? Как давно ты вообще закончила обучение, кстати? Сбежала пару дней назад?

Девушка вспыхнула так яростно, что, казалось, ее облили огнем.

— Конечно, я умею читать! — выкрикнула она, пытаясь вернуть остатки утраченной бравады. — И обучение я начала всего два года назад! И я ниоткуда не сбегала!

Всего два года? Крон был искренне ошарашен, хотя ни один мускул на его лице не дрогнул. С такой аурой девушка обладала феноменальным талантом. Но лучше бы ей этого не знать, иначе ее эго полностью ее затмит. И все же, сила силой, но ей катастрофически не хватало элементарных знаний. Что ж, он, Крон, будет искренне рад просветить эту юную леди. За определенную цену, разумеется.

Демон хитро улыбнулся, отвесив легкий, элегантный полупоклон:

— Видишь ли, моя драгоценная, заклинание, которое ты использовала, чтобы призвать меня, — это не просто вызов домашнего питомца. Это автоматическая активация контракта "Добровольного Соглашения". Его изобрели древние маги, которым, в отличие от тебя, было просто лень возиться с подавлением воли и рабскими ошейниками. Концепция проста: ты призываешь меня, излагаешь задачу и называешь свою цену. А я стою здесь, слушаю и решаю, соизволю ли я работать за такую мелочь. Если я не согласен, ты предлагаешь другую цену. И так до тех пор, пока мы не достигнем консенсуса. После этого я делаю работу, ты платишь, и я исчезаю. И самая изысканная деталь — все должно быть строго добровольно. Магические круги следят за этим. Так что забудь о рабстве, маленькая ведьма. Можешь начинать стирать уголь.

— Ложь! — надменно бросила она в ответ, хотя голос в конце предательски дрогнул, а колени снова начали мелко трястись.

Крон видел, как каждая клеточка ее существа кричала, что он, ужасающий, невыносимо привлекательный монстр, говорит правду. Но признать это означало признать полное поражение. Она явно не готовилась к переговорам! Она планировала щелкнуть пальцами и получить верного пса.

Крон лишь хмыкнул, перенося вес и делая полшага вперед:

— Увы, нет. Контракт уже активен, и ты не сможешь расторгнуть его, не предложив условий — магия круга высосет твою ману до последней капли. Итак, чего же ты желаешь от Высшего Демона?

— Что... для чего вас обычно призывают? — Она отчаянно пыталась выиграть как можно больше времени, лихорадочно соображая, как выйти из ситуации, оставшись на коне.

Крон щелкнул когтями, породив короткую кроваво-красную искру, которая растворилась в воздухе с сухим треском:

— О, спектр услуг широк. Но я превосходен в двух вещах прежде всего: чисто устранить другого мага... или украсть то, что они охраняют сильнее всего. В этом я безупречен...

Мия Ланкастер.

Украсть у мага! В голове Мии вспыхнула блестящая, ослепительная мысль. Действительно, зачем окружать себя могущественными слугами и рисковать, если она сама может стать величайшим магом в мире? Для этого ей нужны были лишь несколько запретных книг, которые Гильдия Архимагов хранила под семью замками в запретной секции библиотеки, доступной только старым, проверенным мастерам. Но что потребует этот наглый демон взамен?

Сглотнув комок страха, застрявший в горле, она расправила плечи и рассказала Крону о книгах, стараясь, чтобы голос звучал твердо и размеренно.

Демон задумчиво-поэтично почесал свой идеальный подбородок когтем, глядя на нее из-под тяжелых ресниц. Хвост за его спиной замедлил покачивание и вытянулся — не агрессивно, а так, как вытягивается хвост кота, когда его разум решает серьезную головоломку.

— Хм. В принципе, проникнуть в хранилище твоих мастеров и умыкнуть пару пыльных фолиантов не особенно сложно... хотя, конечно, стражи там достойные, придется немного размяться. В целом, все зависит от того, как ты мне заплатишь, малышка.

Крон.

Внутренне Крон был в полном экстазе. Проскользнуть в человеческий архив и забрать книги — что может быть проще для Высшего Демона? Демоническая магия была значительно мощнее и древнее человеческого волшебства. Но он не был бы демоном, если бы не попытался выжать абсолютный максимум из этой гордой, перепуганной девушки. К тому же, она должна ответить за его испорченный вечер с демонессой.

Чародейка заметно замялась, ее величие окончательно улетучилось:

— Ну... а чего ты хочешь? Какова твоя цена?

Крон бросил ленивый взгляд по комнате, драматично вздохнув. Его хвост, действуя сам по себе, скользнул к полуоткрытому ящику комода, его кончик небрежно коснулся выглядывающего кружевного белья, прежде чем мгновенно отпрянуть — словно хозяин мысленно шлепнул его по носу, хотя лицо Крона оставалось совершенно нечитаемым.

— Обычно стандартная цена за такие услуги — твоя душа. Но... — он снова взглянул на ее чистую, яркую ауру, лишенную капли злобы, — твоя душа слишком упряма. Ты будешь за нее сражаться. Да и на что она мне? Что еще у тебя вообще есть предложить? Ни редких артефактов, ни дорогих зелий, ни золота, ни даже приличных украшений...

Взгляд Крона снова упал на девушку, и его желтые глаза сузились, как у хищника.

А она и впрямь была очаровательна. Средний рост, черные как полночь волосы до плеч, огромные зеленые глаза, которые сейчас испуганно моргали, аккуратный нос и тонкие, крепко сжатые алые губы. Высокий корсет выгодно подчеркивал упругую грудь, а узкая талия переходила в изгиб бедер, плотно обтянутых бриджами. Обладая звериным чутьем, Крон был абсолютно уверен, что под этим длинным плащом скрывается подтянутая, соблазнительная попка. Почему бы и нет? Она была сногсшибательна, горда и испортила его идеально подготовленное рандеву. Пусть отрабатывает.

Очевидно, его долгий, сканирующий взгляд обнажил все его мысли, потому что Мия начала яростно краснеть, и глубокая краска залила ее лицо — гремучая смесь возмущения и стыда. Она хотела гордо отступить назад, но тут заметила, как хвост Крона медленно, почти незаметно вытянулся вперед вдоль самого края круга — не пересекая его, но обводя, словно молчаливое напоминание, что места у нее и так немного.

Демон одарил ее наглой усмешкой, оскалив клыки:

— В таком случае, моя дорогая призывательница, в качестве платы я предлагаю познакомиться поближе. Интимно. В той самой постели. На всю ночь.

— Что?! — Девушка вскинула голову, паника в ее зеленых глазах на долю секунды сменилась яростью. — Да как ты смеешь... Ты, грязная тварь Бездны! Я...

— Подумай об этом, — мягко, почти нежно перебил ее Крон, и в его голосе снова зарокотала та самая смертоносная, ужасающая сила, заставляя воздух вокруг вибрировать. — Что еще ты, нищая низшая ученица, можешь мне предложить? У тебя есть золото? Нет. Редкие камни маны? Нет. Ты либо соглашаешься на мои условия и получаешь ключи к безграничной силе архимагов... либо магия круга просто высушит твою жизнь за невыполнение активированного контракта. Выбор исключительно за тобой. Все строго добровольно, помнишь?

Мия Ланкастер.

Мия молчала. Вульгарное, наглое предложение оскорбило ее до глубины души, заставляя сердце яростно колотиться от унижения. Но на другой чаше весов лежали книги. Знания, которые сделают ее великой, которые вознесут ее над всеми теми снисходительными мастерами, что два года обращались с ней как с грязью.

К тому же... Крон не был похож на тех склизких, щупальцевых монстров, о которых предупреждали учебники. Он был сокрушительно красив, грациозен и пах грозой. А его хвост, словно назло ей, едва двигался теперь — просто лежал у его ног элегантным темным полумесяцем, и в его неподвижности было что-то почти успокаивающее. Мия поймала эту мысль и мысленно дала себе пощечину. А она, в конце концов, не была невинной девственницей, чтобы падать в обморок от одной мысли о сексе.

— Хорошо, — тихо, едва слышно произнесла она, уставившись в пол.

— Что-что? — Демон приставил ладонь к уху, откровенно наслаждаясь ее унижением и желая сломать ее гордость до конца. — Я не совсем расслышал. Высшие Демоны не очень хорошо слышат шепот смертных.

Ага, размечтался. Она не доставит ему такого удовольствия. Гордо подняв голову и встретив его горящие желтые глаза, Мия произнесла четко, не отводя взгляда:

— Я согласна. Ты приносишь мне книги, а я отдаю тебе себя на ночь.

— Великолепно, — хищно улыбнулся Крон. — Я получаю книги, ты отдаешь мне свое тело. Я принимаю твои условия.

В то же мгновение руны круга призыва вспыхнули ярким багровым пламенем, с тихим хлопком подтверждая, что магическая сделка официально скреплена незыблемыми законами мироздания.

Мия выдохнула, напряжение наконец покинуло ее плечи, но прежде чем она успела отступить, Крон слегка наклонился над границей своего круга. Он не пересекал ее, но его возвышающееся присутствие внезапно сделало маленькую мансарду удушающе тесной.

— А теперь, моя маленькая чародейка, — промурлыкал Крон, и его голос сочился бархатной насмешкой, — давай проверим это твое дорогое образование. Где именно твои любимые мастера хранят эти драгоценные запретные фолианты? Поведай мне детали. Стражи, ловушки, все такое.

Мия моргнула, на мгновение ошеломленная внезапным допросом, но быстро заставила свой голос звучать твердо, оборонительно.

— Запретная секция находится на седьмом этаже центральной башни. Дверь хранилища из железного дерева, окована серебряными рунами — они активируются при прикосновении. Там три слоя защиты: обнаружение, паралич, а затем призыв стражей. Тебе нужно будет...

— Железное дерево и серебряные руны, — перебил Крон, издав низкий, глубоко позабавленный смешок, от которого волосы у нее на затылке встали дыбом. Он покачал головой, его хвост качнулся от откровенного, высокомерного пренебрежения. — Как восхитительно старомодно. Скажи, твои архимаги все еще верят, что эти предсказуемые игрушки могут остановить что-то старше века?

Мия вспыхнула.

— Это сильнейшие стражи в королевстве!

— Конечно, лучший выбор для смертных, — усмехнулся Крон, и его глаза сверкнули опасным, знающим блеском.

Крон.

По правде говоря, ему вообще не нужны были ее указания. Крон знал планировку библиотеки Гильдии лучше самих Архимагов, вплоть до тайных ниш, о которых они давно забыли. И, что более важно, он знал, что конкретные запретные книги, которые слепо требовала девушка, либо поджарят ее недоразвитый мозг, либо лягут в нем мертвым грузом. Она хотела сырой силы, но у нее даже не было надлежащего фундамента, чтобы ею управлять.

Он, конечно, не собирался ей об этом говорить. Демоны не раздают бесплатных советов. Но у него возникло внезапное, злое желание посмотреть, как далеко эта яростно амбициозная, упрямая кошка сможет зайти, если дать ей правильные инструменты. Он принесет ей книги, да — но те, которые выберет сам. Древние, темные тексты, которые действительно разрушат ее ограничения, заставят ее навыки взлететь до небес и заставят ее разум адаптироваться к чистой сути истинной магии.

А потом он будет наблюдать, как она сожжет эту помпезную академию дотла.

— Оставайся здесь, моя драгоценная, — пробормотал Крон, пятясь к открытому окну с легкой грацией пантеры. — Не выходи из комнаты и не трогай уголь. Контракт обязывающий — если попытаешься меня обмануть, магия высосет твое ядро, пока не останется одна симпатичная оболочка.

Быстрым, слитным движением он ухватился за оконную раму. Небрежный взмах черного когтя рассек железную задвижку, как мокрую бумагу. Его хвост скользнул следом, на долю секунды придержав ставню открытой, как раз когда он оттолкнулся от подоконника.

Прыжок был беззвучным, абсолютным и до крайности насмешливым. Тьма снаружи поглотила его без следа, оставив после себя лишь слабый запах озона, выжженной земли и затихающее эхо его темного смешка.

Он не видел но догадывался, что в тот момент когда он исчез во тьме ночи ноги Мии наконец подкосились, и она опустилась на край кровати, ее руки дрожали, а шеки пытали как угли. И наверняка она подумала что-то вроде:

"Он вернется. И когда он вернется, весь ее мир изменится."

Крон вернулся, когда глубокая ночь уже полностью затопила город. Одним бесшумным, идеально рассчитанным прыжком он влетел в открытое окно на третьем этаже, грациозно приземлившись на подоконник. Хвост позади него качнулся, удерживая равновесие, а желтые глаза мгновенно сузились, сканируя комнату.

Девушка спала.

Угольный круг на полу был скромно спрятан под свежерасстеленным ковром — значит, она позаботилась об этом. Тяжелый плащ и сапоги исчезли. Мия лежала на кровати, свернувшись калачиком, ее черные волосы рассыпались по плечам — все еще влажные, пахнущие мылом и слабой магией. Она не сняла корсет. Брюки тоже — они были обтягивающими, облегая острые изгибы ее бедер как вторая кожа. Пальцы ее босых ног едва заметно поджимались — ей снилось что-то тревожное.

"Чудесно. Пока он занимался воровством фолиантов, эта крошка просто завалилась спать!"

Крон даже не знал смеяться ему над этим или плакать. Чего он совершенно не умел. Он бесшумно соскользнул с подоконника, прикрыл окно, и только потом подошел к спящей девушке.

Он не спешил. Приблизился, наклонился чуть ниже, вдохнул — и внутренне усмехнулся. Молодая кожа, мыло, слабая магия, а под всем этим — живой, теплый страх, который она так старательно прятала за гордостью. Коктейль был изысканным. Через несколько минут это упрямое создание будет принадлежать ему.

Крон потянулся к ее приоткрытым губам — и в то же мгновение из ее ауры вспыхнул яростный магический импульс.

Мия среагировала мгновенно. Сон слетел с нее за долю секунды; силовая волна ударила точно и сильно. Обычного человека размазало бы по стене. Крон даже не покачнулся. Он поймал остаточную искру в ладонь, сомкнул пальцы — и погасил ее, как надоедливую букашку. Выпрямившись во весь свой двухметровый рост, он лишь оскалил клыки в насмешливой улыбке:

— Дерзкая девочка... Обожаю такой тип.

— Сначала покажи книги, — ее голос, несмотря на панику, прозвенел чистой сталью.

Магчика отползла к изголовью кровати, подтянула колени к груди и смотрела на него снизу вверх — испуганная и яростная одновременно. Как загнанный котенок, который ещё не решил: укусить или бежать. Но умеет только шипеть.

Крон наслаждался.

О, если бы эта дурочка знала, как чудовищно он ей солгал. В теории — если бы она поборола страх, спокойно прочитала формулу отзыва и запечатала круг каплей собственной крови — призыв можно было бы завершить без малейшего вреда. Никакой магии, вытягивающей ману досуха. Никакого обязывающего контракта. Только тихое, чистое расторжение — и он бы исчез обратно в преисподнюю, раздражённый и с пустыми руками.

Но она этого не знала. Потому что взяла свиток, заучила звуки — и не удосужилась дочитать до конца.

Крон был Высшим Демоном, а не филантропом. Кто он такой, чтобы просвещать её в демонологии за свой счёт? За всё нужно платить. За знания — особенно. А за знания краденые, схваченные второпях — вдвойне. Ему было почти жаль её. Почти.

Смакуя паузу — исключительно ради собственного удовольствия, — Крон принялся небрежно выкладывать на стол тяжёлые, пахнущие вековой пылью фолианты. Каждый падал с глухим стуком, от которого у Мии замирало сердце; он видел это по её ауре. Закончив, демон отступил на шаг, сцепил руки за спиной. Хвост выписывал за его спиной медленные, гипнотические круги над полом.

Мия сползла с кровати. Ноги слегка дрожали, но к столу она подошла ровно, с гордо поднятым подбородком — гордость не позволяла иначе. Она провела ладонью по кожаному переплёту верхнего тома, и Крон увидел, как по её лицу прокатилась волна чистого, пронзительного торжества. Настоящего. Не замутнённого ничем.

"Так вот ради чего всё это было", — отметил он про себя, с чем-то похожим на уважение.

Она потянулась открыть первую страницу.

— Твоя очередь, малышка.

Крон обхватил её талию руками — легко, без усилий — и отодвинул от стола, как передвигают фигуру на доске. Горячее дыхание, пахнущее озоном, обожгло ей ухо.

Мия повернулась к нему лицом. Помедлила мгновение — и всё же посмотрела прямо в его жёлтые, нечеловеческие глаза.

— На эту ночь я принадлежу тебе.

— Да-а-а — сквозь голос Крона прорвался бархатистый рык.

Он убрал влажную прядь с её лица — медленно, почти задумчиво — и поцеловал. Не грубо. Глубоко и требовательно, не оставляя места сомнениям. Мия издала короткий, сдавленный звук — и всё равно ответила на поцелуй, потому что тело оказалось честнее разума.

Когда он отстранился, её щёки пылали.

— Нет, — сказал Крон. — Так не пойдёт.

Он поймал её подбородок пальцами, заставляя смотреть на себя. Хвост опустился ей на плечи — тяжёлый, тёплый, совершенно бесстыжий.

— От тебя требуется значительно больше участия, — он отпустил её лицо и сделал шаг назад, разводя руки с видом человека, который умеет ждать. Хвост за его спиной дёрнулся резко и лукаво, кончик скользнул по её бедру, как молчаливое обещание. — Ну же. Соблазни меня. Или в вашей академии вас только пыль со свитков сдувать учили?

Мия Ланкастер.

Мия вспыхнула так, что, казалось, воздух вокруг неё потемнел от жара.

Невыносимый, самодовольный, невозможный Она сжала кулаки. Разжала. Сделала шаг вперёд.

Ладно. Пусть так.

Дрожащими пальцами она схватилась за края его шёлковой рубашки и принялась расстёгивать пуговицы — торопливо, яростно, стараясь не думать о том, какое горячее тело скрывается под тонкой тканью. Чтобы дотянуться до его губ, ей пришлось встать на цыпочки — разница в росте была унизительной. Она прижималась быстрыми, неловкими поцелуями к его подбородку и шее, злясь на собственную неуклюжесть.

Рубашка соскользнула с плеч.

Мия двинулась губами ниже — к его рельефной груди, к ключицам, заставляя себя не останавливаться. Над ней Крон издал тихий, довольный рык, и этот звук завибрировал где-то внутри неё, глубже, чем она готова была признать.

— Не останавливайся, — пробормотал он ободряюще, складывая руки за головой с видом абсолютного, сытого довольства. — Ниже.

Мия на мгновение закрыла глаза.

"Я сама сделала выбор. И должна выполнить условия сделки"

И она опустилась перед ним на колени.

Её ладони, влажные от нервного пота, нашли ремень его тёмных брюк. Она расстегнула его, костяшки пальцев случайно скользнули по обжигающей коже, и потянула ткань вниз. Крон легко переступил, отшвырнув одежду небрежным движением босой ноги.

Теперь он стоял перед ней во всей своей первозданной, пугающей красе — полностью, абсолютно готовый.

Поймав её застывший, испуганный взгляд, устремлённый на его толстый, тяжёлый, двадцатисантиметровый член, Крон снова усмехнулся.

"Боги, он же огромный! Он порвет меня всю!!!"

— Не бледней так, маленькая ведьма, — протянул он с ленивой ухмылкой. — Сначала поработай ртом. Прояви усердие.

Его слова ничуть не успокоили бедняжку. До этой ночи у Мии было всего двое парней, и не только их размеры были совершенно не сравнимы с этим чудовищем, но и сексом она занималась нечасто — учёба пожирала каждую свободную минуту. И она никогда, ни разу в жизни никому не делала минет. Это действо всегда казалось ей грязным, недостойной капитуляцией.

Но сейчас её прагматичный разум отчаянно цеплялся за единственную ниточку логики: лучше взять его в рот и покончить с этим, чем позволить этому гиганту растянуть и разорвать её маленькое влагалище.

Сглотнув ком сухой паники, Мия нерешительно протянула руку и обхватила пальцами основание его ствола. О боги Он был обжигающе горячим, пульсирующим и неподатливо твёрдым, как мраморная статуя.

Собрав остатки таявшей смелости, она подалась вперёд и прижалась губами к самой короне, покрывая широкую головку лёгкими, осторожными поцелуями. К её полному изумлению, никакого мерзкого или горького вкуса, как она опасалась, не было. Отстранившись на дюйм, Мия заворожённо смотрела, как на кончике выступило несколько прозрачных, блестящих капель предэякулята.

Она робко слизнула их кончиком языка.

И мгновенно по её рецепторам ударил концентрированный, дурманящий вкус — дьявольская смесь ночного озона, острой зимней мяты и наркотически-сладкого мускуса. Это был чистый демонический афродизиак, проникший в кровь, как жидкий огонь. Она не могла сказать, что он ей не понравился; напротив, экзотический вкус мгновенно затуманил разум, растворяя её жёсткие академические запреты и глубоко укоренившийся стыд. Внизу живота расцвела тяжёлая, томная боль.

Окрылённая внезапной, противоестественной храбростью, Мия разомкнула губы, растягивая рот, чтобы вобрать всю головку целиком, и сделала первое глубокое, втягивающее сосание. Она вращала языком вокруг короны, пытаясь заглотить как можно больше толстой длины, дразнила чувствительную уздечку, проводила языком по стволу, а затем отстранялась, чтобы снова покрыть поцелуями кончик. Она надавила языком на крошечное отверстие на вершине, а затем поглотила его снова, погружаясь в ритм.

Неожиданно она поняла, что начинает получать от этого удовольствие. Пьянящий запах кружил голову, странный вкус становился всё острее, и она уже почти не контролировала собственные движения, подпитываемая низкими, грудными стонами, вибрировавшими в груди Крона. Она чувствовала, что её трусики уже полностью промокли, собственные соки начинали просачиваться сквозь одежду.

Как же горько она жалела, что не надела более свободную одежду. Эти брюки были так непростительно узки, облегая бёдра, как вторая кожа, что она не могла даже просунуть отчаянную руку за пояс, чтобы унять невыносимую боль между бёдер. Тереться через жёсткую ткань штанов было только хуже — это лишь распаляло трение, доводя её до исступлённого, безумного накала.

И именно в этот момент Крон решил уничтожить последний осколок её мысленной защиты.

Пока её рот был полностью занят его членом, его длинный, иссиня-чёрный хвост бесшумно скользнул по полу, просочился под край её распахнутого плаща и вклинился между колен. Мия издала резкий, сдавленный всхлип вокруг его ствола, когда сильная, гибкая мышца безжалостно развела её ноги шире, заставляя глубже осесть на колени.

Но хвост на этом не остановился.

Тонкий, цепкий кончик скользнул вверх по внутренней стороне бедра, подцепил тугой пояс её обтягивающих брюк и нырнул прямо под резинку влажных трусиков.

Мия издала приглушённый, сдавленный крик, её глаза широко распахнулись, глядя на него снизу вверх. Бельё промокло насквозь, и когда чуть текстурированный, обжигающе горячий кончик хвоста Крона безошибочно нашёл её набухший, гиперчувствительный клитор, по её позвоночнику словно ударила молния. Хвост начал двигаться ленивыми, обдуманными, мучительно точными кругами, мастерски манипулируя самой интимной её плотью.

Она оказалась в великолепной, мучительной ловушке. Её рот был заполнен, лишая возможности закричать или потребовать прекратить это бесстыдное насилие, в то время как снизу её собственное тело безжалостно вели к взрывному оргазму его самостоятельный придаток. Крон просто возвышался над ней, по-прежнему сложив руки за головой, и смотрел на её обезумевшее, отчаянное лицо с выражением абсолютного, сытого, хищного триумфа.

Сводящее с ума точечное трение его хвоста о её голую, мокрую плоть сквозь тюрьму тесных штанов превратило её внутренний огонь в абсолютное неистовство. Обезумев от возбуждения и растеряв остатки драгоценной гордости, Мия принялась сосать его быстрее, жёстче, глубже, бёдра беспомощно выгибались навстречу безжалостному, порочному ритму хвоста.

Крон.

Да, девушка была совершенно неопытна. Крон вспоминал ненасытных, искушённых демонесс своего родного мира, но лишь качал головой с усмешкой. Этот неуклюжий, робкий минет доставлял ему едва ли не больше удовольствия именно своей неловкостью. Чистая, гордая академическая ведьма, отчаянно сосущая ужасающего Высшего Демона

В какой-то момент Крон заметил, что Мия пытается незаметно потереть рукой клитор сквозь тесную ткань брюк, и с её губ сорвался тихий, рваный стон. Видимо, попытки изображать невинное, стоическое бревно официально провалились. Наркотик его сущности сделал своё дело. Пора было брать контроль Хотя, нет, сначала он сделает кое-что другое.

Его хвост плавно выскользнул из её трусиков, заставив Мию охнуть от внезапной, мучительной пустоты. Крон обхватил голову ведьмы широкими ладонями, зарываясь пальцами в её влажные чёрные волосы, и начал двигаться сам. Сначала нежно, просто надавливая на щёку, давая ей привыкнуть к огромному обхвату. Но постепенно темп ускорился, и его тяжёлый ствол погружался всё глубже и глубже, заполняя её рот целиком.

Мия Ланкастер.

Мии показалось, что у неё перехватило дыхание. Воздуха мучительно не хватало, а демон едва загнал половину своей чудовищной длины! Её инстинкты боевого мага на долю секунды вспыхнули паникой — она попыталась отстраниться, молотя маленькими кулачками по его твёрдым бёдрам, — но Крон держал её крепко, фиксируя голову нежной, но непреклонной хваткой. Он полностью игнорировал её слабые удары, продолжая глубоко и властно трахать её в рот, заставляя полностью подчиниться своей силе.

Мия могла только молиться всем богам, которые слышат, чтобы лёгкие не подвели. И всё же, несмотря на чистый ужас ситуации, эта первобытная, грубая атака не пугала её — она испепеляла остатки воли, заставляя возбуждаться до дрожи. Она любила эту порочную, необузданную грубость до головокружения.

Наконец она почувствовала, как ствол во рту раздулся от яростной, тяжёлой пульсации. С гортанным рыком Крон загнал член на максимальную глубину, упёршись головкой в самое горло, и начал кончать.

Извержение было колоссальным. Густой демонической спермы было так много, что в голове Мии мелькнула паническая мысль — она захлебнётся. В тот момент, когда его хватка ослабла, она яростно вырвалась, кашляя и задыхаясь, и рухнула лицом на мягкий ковёр.

Часть густой белой жидкости пролилась на ворс, но большую половину ей пришлось проглотить. И вкус О боги, вкус его семени! Однажды, на первом курсе академии, Мия попробовала сперму Марка, своего бывшего, из чистого любопытства — смахнула случайную каплю с живота пальцем и лизнула. Это было отвратительно: горько, кисло и химически.

Но сперма Высшего Демона была совершенно иной. Невероятный аромат озона, зимней мяты и дикого мускуса, который она заметила во время минета, теперь усилился стократно, взрываясь на языке чистой, сырой магической энергией.

Когда жидкость скользнула в горло, по её ядру прокатилась ударная волна жидкого огня. Её магический резервуар, изрядно истощённый призывом, не просто восполнился — он мгновенно наполнился до краёв. Объём маны был настолько огромен, что от её кожи изошла видимая, переливающаяся аура, и сам воздух на чердаке задрожал и затрещал от диких искр.

Она читала в теоретических текстах, что древние ритуалы использовали телесные жидкости — кровь, слюну и жизненные эссенции, — чтобы мощно расширить резервуар мага. Но она и представить себе такого не могла. Она никогда не ожидала, что абсолютным катализатором окажется демоническая сперма!

«Хотя кто в здравом уме признается, что пил семя Высшего Демона?» — пронеслось в её одурманенных, хаотичных мыслях, пока она вытирала губы тыльной стороной ладони, яростно краснея от собственной извращённой слабости. Она чувствовала себя полной шлюхой, но всё равно не могла удержаться, чтобы незаметно слизнуть ещё одну каплю с нижней губы. — «Как жаль, что всё уже кончено Я даже не успела кончить».

Она робко подняла взгляд на демона и замерла.

Член Крона даже не начал смягчаться; он оставался таким же массивным, тёмным и опасно налитым. А в его жёлтых глазах плясало порочное, хищное пламя.

— Ты же не думала, что отделаешься так легко, маленькая ведьма? — пробормотал он, и его голос был бархатистым рыком.

С этими словами один ленивый взмах когтей сорвал остатки шнуровки её корсета, полностью обнажая прекрасную грудь. Крон подхватил девушку на руки, словно она ничего не весила, небрежно бросил на широкую кровать и медленно навис над ней, его массивное тело заслонило комнату.

Мия отпрянула, пальцы вцепились в простыни. Внутренне она приготовилась к жестокому, грубому насилию. Она ожидала, что он прижмёт её и возьмёт чистой силой, сломив остатки гордости.

Но Крон не спешил. Он был слишком опытным хищником для этого.

Он замер над ней, его золотой взгляд жадно впитывал зрелище её молочно-белой кожи, тяжело вздымающейся груди с ярко-розовыми сосками, задорно затвердевшими от холода и возбуждения, и плоского, подтянутого животика. Почему в её ауре всё ещё так много страха? Неужели она не чувствует, как идеально её тело поёт от желания?

Склоняясь ближе, Крон наклонился и захватил её губы в глубоком, медленном, собственническом поцелуе. И на этот раз Мия не сопротивлялась. Она сдалась. Расслабляясь под его тяжёлым весом, она застенчиво обвила одной рукой его шею и слегка выгнула спину навстречу его горящему телу. Её язык игриво, нерешительно скользнул в его рот, отвечая на прикосновение. Крон усмехнулся ей в губы. На её губах не осталось и следа его семени. Эта гордая малышка действительно проглотила каждую каплю и явно жаждала ещё.

Оторвавшись от её сладких губ, Крон проложил дорожку обжигающих поцелуев по её горлу. Теперь была его очередь дарить удовольствие, связанное контрактом. Он начал с груди. Тяжёлые, упругие полушария с твёрдыми вершинками манили его. Демон принялся нежно покусывать их, обводить ареолы языком, втягивая тугую плоть в рот. Невозможно было сказать, кто получал от этого больше экстаза — Крон или сама ведьма. Из её горла вырвался громкий, сладострастный стон. Мия уже балансировала на самой грани оргазма; всё её тело плавилось. Было бы преступлением разочаровать её сейчас.

Крон не стал тратить время на попытки стянуть с неё тесные брюки, которые и без того промокли насквозь от её соков. Одним мощным, точным движением когтей он буквально разорвал ткань по швам, отбрасывая мокрые лохмотья в сторону. Затем медленным, мучительно- deliberate движением двух пальцев он стянул с неё маленькие чёрные трусики, растягивая томительное предвкушение того, что сейчас увидит

Гладкая, аккуратно выбритая киска юной ведьмы, буквально истекающая горячим, прозрачным соком.

Не теряя ни секунды, Крон зарылся лицом между её бёдер.

Это было ошеломляющее, запредельное ощущение. Возможно, её часовая ритуальная ванна и тихие заклинания, чтобы выглядеть безупречно перед опасным гостем, были не напрасны. Она страшилась этого соития, но теперь обжигающий, толстый язык демона сеял абсолютный хаос в её самых священных глубинах. Ни один мужчина никогда не касался её с такой нечестивой, пугающей точностью.

В тот момент, когда язык Крона захватил её набухший клитор, по её позвоночнику словно ударила молния чистейшего электричества. Обнаружив её абсолютную слабость, демон прижался лицом к её бёдрам, полностью запирая её в ловушке, и начал массировать ноющий узел нервов безжалостными, мучительно совершенными кругами — быстрее, жёстче, сводя с ума. Его язык жадно лакал её истекающий жар, ныряя в тугое отверстие, размазывая её нарастающую влагу по внутренней стороне бёдер.

— О боги! Да! ДА! — рваный всхлип сорвался с её губ, но разум мгновенно исправил бесполезную академическую привычку. — Нет не боги. Демоны ДЕМОН!!!

Мия выгнула спину в жёсткой, отчаянной дуге, дикий, необузданный крик вырвался из её груди. Оргазм обрушился на неё, как катаклизмическая приливная волна, на несколько блаженных секунд похищая сознание, пока её внутренние стенки сжимались вокруг пустоты в жестоких, ритмичных спазмах. Её разум дрейфовал на волнах абсолютного, слепящего экстаза, и только минуту спустя её тело, наконец, рухнуло обратно на матрас, подёргиваясь в беспомощной, дрожащей судороге.

Когда осознание медленно возвращалось, Мия почувствовала, как массивная, пульсирующая тяжесть прижалась к её истекающему соками входу. Её глаза широко распахнулись от острого осознания, дыхание перехватило, когда она ощутила невероятный диаметр плоти, требовавшей входа:

— Нет, подожди ты слишком....

Она не успела договорить.

Одним внезапным, безжалостным толчком бёдер вниз Крон погрузил в неё больше половины своей чудовищной длины. Зверь взломал её маленький, туго сжатый проход, безжалостно раздвигая узкие стенки. Мия всхлипнула, а затем закричала в голос — сырой, слепящий крик чистого шока и боли. Его тяжёлый член прокладывал путь глубже, расширяя неготовую плоть, неумолимо захватывая самые потаённые уголки её лона.

Она чувствовала каждую толстую вену, обжигающий, наполненный трением жар, растягивающий её так широко, что казалось, она сломается. Достигнув её абсолютных глубин, демон, наконец, остановился, жёстко упершись в шейку матки, его тяжёлые яйца прижались к её мокрым бёдрам, давая её обезумевшему телу приспособиться к вторжению.

— Больно — прохныкала она, слёзы катились по раскрасневшимся щекам, пальцы отчаянно впивались в матрас. Мало того, что он был глубже, чем кто-либо когда-либо, так ещё и его огромная, толстая ширина была совершенно невыносима.

Однако Крон не позволил неподвижности длиться долго. Он начал двигаться, медленно выходя, пока почти не обнажил широкую головку, позволяя её тугим мышцам судорожно пытаться сомкнуться, а затем снова обрушивая всю сокрушительную тяжесть своего монстра по самую рукоять. Казалось, её насаживают на раскалённое клеймо.

Но постепенно агония начала превращаться в тёмный, тяжёлый транс. Трение порождало столько скользкого, обжигающего жара, что боль растворилась, поглощённая яростным, диким наслаждением. Демон не сбавлял жестокий темп, его бёдра вколачивались в неё в тяжёлом, мокром ритме. Вскоре Мия разлетелась на куски снова. Этот оргазм был глубже, духовнее предыдущего, вибрируя через каждую клеточку её существа, её тугие стенки отчаянно сжимали его длину, пока она конвульсивно билась вокруг него. Её конечности превратились в воду, отказываясь повиноваться. Она стала добровольной марионеткой в его руках, беспомощно поддаваясь, когда он перевернул её на четвереньки.

Крон.

«Клянусь Бездной, она невероятно узкая», — думал Крон, испытывая почти священную эйфорию, вновь и вновь вгоняя ствол в неё сзади. Каждый толчок был мастер-классом тёмного экстаза. Её обильные, скользкие соки покрывали его длину, превращая тугой канал в мокрый, лишённый трения рай. Простыни под ней промокли насквозь, испачканные доказательствами её полной капитуляции. У неё больше не было сил кричать, она лишь издавала мягкие, сдавленные выдохи и высокие, беспомощные всхлипы при каждом тяжёлом, глубоком ударе.

Но Крон хотел полностью её разрушить. Он схватил её за стройные бёдра, притягивая назад к своему паху, и вбивался в неё с дикой, бешеной силой, тяжёлый, плоть о плоть, шлепок его яиц о её упругие, округлые ягодицы гулко разносился по залитому свечами чердаку. Десять минут жестокой, непрекращающейся долбёжки спустя она кончила снова. На этот раз она не издала ни звука — лишь вцепилась в простыни так, что костяшки пальцев побелели, и весь её вагинальный канал сжался вокруг него в безмолвной, удушающей хватке наслаждения.

"Почти", — отметил демон, и его кровь ревела, как печь, а железная хватка грозила вытянуть семя прямо из него.

В финальной смене позы Крон встал, притягивая её обмякшее, обессиленное тело вплотную к своей груди и насаживая на свой член одним плавным движением вверх. Мия обхватила его талию руками и ногами, сцепив лодыжки за его спиной, полностью подвешенная на его огромной силе.

Когда Крон посмотрел на неё, он увидел полностью преображённую девушку — раскрасневшееся лицо, спутанные тёмные волосы, глаза, закатившиеся в бредовой капитуляции. Она больше не знала, кто она и кто он. Для неё не существовало ничего, кроме этого великолепного, разрушающего миры, первобытного секса.

Крон подошёл к всё ещё открытому окну, усаживая её на холодный каменный подоконник и подставляя голую, потную кожу прямо прохладному ночному воздуху и спящему городу внизу. Он увеличил скорость, его толчки превратились в дикие, стремительные удары, сотрясавшие всю её фигуру. Но Мия не ослабила отчаянную хватку. Напротив, движимая внезапным первобытным инстинктом, она начала вбиваться бёдрами навстречу его ярости, её мокрая влага капала на каменный подоконник, а она яростно кусала его широкое мускулистое плечо.

"Вот оно".

Одним последним, катаклизмическим толчком Крон загнал член так глубоко, как только было человечески возможно, погрузившись до самого корня. Он почувствовал, как её вагинальные стенки превратились в железо, сжимая его с отчаянной, сокрушительной силой, и, наконец, отпустил себя.

Мия Ланкастер.

«О демоны Демон!» Он трахал её прямо на подоконнике, на виду у всего мира, и в этом чердаке не было богов, чтобы спасти её гордость — только он. Ей было всё равно. Она полностью отключилась. После третьего оргазма Мия и не думала, что её тело способно выдержать ещё больше удовольствия, но внутри неё его член, казалось, раздулся ещё больше, расширяясь до невозможного, обжигающего размера прямо напротив её лона. Он обрушивал на неё яростную, животную свирепость, ушибая шейку матки, сминая её голые груди в больших, когтистых ладонях. Она слышала, как тяжёлые капли её возбуждения падают на половицы внизу, и этот развратный звук лишь глубже загонял её в безумие.

Наконец она достигла точки невозврата. Ее сознание раскололось. Ей нужно было сломаться. С надломленным, прерывистым стоном ее зубы глубже впились в его плечо, когда его последний, сокрушительный толчок поразил самое ее нутро. Все внутри нее сжалось в мучительно тугом спазме. А затем поток обжигающего, густого, под давлением извергающегося демонического семени хлынул в глубочайшие недра ее тела, до краев наполняя ее палящим жидким огнем.

— А-А-А-А-А-А-А-А-А!

Дикий, раскатистый крик юной ведьмы расколол тихий рассвет, идеально сливаясь с глубоким, удовлетворенным рыком Высшего Демона, пока он вгонял нагрузку за тяжелой нагрузкой в ее извивающееся, экстатичное тело. ***

Первые лучи рассвета наконец пробились над горизонтом, окрашивая небо в оттенки розового и золотого. Условия контракта были выполнены, и с приходящим светом Высший Демон исчез обратно в ледяные тени Бездны так же внезапно, как и появился. Он не оставил прощальных слов, лишь задержавшийся тяжелый запах озона и растертой мяты, и тишину, столь глубокую, что у нее звенело в ушах.

Мия сидела обнаженная под открытым окном, привалившись к холодной каменной стене. Ее ноги были совершенно бесполезны, и дрожали как тростинки, тело было тяжелым, но странно невесомым. Каждая мышца ныла глубокой, сладострастной пульсацией. Ее разум все еще парил где-то в том темном, дурманящем трансе, в который Крон методично ее затянул.

Медленно, сбивчивая, порочная усмешка тронула ее припухшие губы.

— Какая великолепная ночь — прошептала она, ее голос был хриплым, сорванным шепотом.

Она посмотрела на свои дрожащие пальцы, затем провела рукой вниз по шее, по измятым грудям и ниже, к плоскому животу. Ее кожа все еще горела от его прикосновений, сохраняя лихорадочную память о каждом собственническом когте, каждом кусающем поцелуе, каждом сокрушительном толчке.

Медленно она скользнула пальцем внутрь своего ноющего, узкого входа, который уже начал сжиматься обратно, исцеленный ее собственной упругой магией. Она покрыла палец густой, перламутровой жидкостью, сочащейся из ее сердцевины, и поднесла к губам, намереваясь еще раз попробовать этот невероятный вкус. Но в последнюю секунду она передумала и замерла.

Она прислушалась к своим внутренним ощущениям. Ее магический резервуар, который был основательно обескровлен призывом, уже был переполнен до краев, практически распирая изнутри. Более того, сырая, древняя сущность Высшего Демона заставила ее ядро расшириться, растянув его вместимость шире и глубже. Прямо сейчас поглощать еще больше этой концентрированной маны не имело смысла; ее сосуд просто не мог вместить ни капли больше.

Но то, что осталось на ее коже, на промокших простынях и что медленно вытекало из ее сердцевины, могло сослужить неоценимую службу позже. В будущем, когда ее силы снова иссякнут, этот превосходный эликсир станет ее окончательным спасением.

«Где еще на этой обыденной земле я найду такой мгновенный, колоссальный способ восполнить мою силу?» — подумала она, и в ее глазах промелькнуло хищное, темное честолюбие.

Мия потянулась за пустым хрустальным флаконом, который держала спрятанным в ящике прикроватной тумбочки для редких ингредиентов. Глубоко сосредоточившись, она прошептала короткое заклинание притяжения, направляя тонкие струйки своей вновь восполненной маны, чтобы собрать бесценный нектар. Послушная ее воле, перламутрово-белая жидкость — все, что еще не было поглощено или растворено ее кожей — поднялась в воздух тонкими завитками и устремилась прямо в узкое горлышко сосуда. Плотно закупорив флакон тугой пробкой, Мия сунула его в самый глубокий, зачарованный карман своего дорожного плаща.

— Это не просто грязь, — пробормотала она, глядя на спрятанный карман. — Это ресурс. Уникальное, невероятно мощное оружие.

Она заставила себя подняться на ноги, слегка покачиваясь, когда ее водянистые мышцы запротестовали. Но ее разум уже работал с холодной, аналитической точностью, просчитывая переменные, планируя следующие шаги.

Встав перед трюмо, Мия замерла. Ее отражение было шокирующим: дикие, спутанные темные волосы, раскрасневшееся, распутное лицо и глаза, все еще пляшущие опасным послесвечением Бездны. Но заставила ее затаить дыхание ее аура. Она полностью изменилась. До этой ночи ее магическая сигнатура была резкой, но тонкой; теперь же видимый, переливчатый серебряный свет мерцал вокруг ее кожи, заставляя сам воздух мансарды потрескивать от блуждающих искр маны, переливающихся в пространство вокруг нее.

— Итак, — прошептала Мия своему отражению, сжимая челюсти. — Сделка завершена, но это не конец. Это едва лишь начало.

Она повернулась к тяжелому дубовому столу, где все еще лежали древние, запретные тексты, принесенные демоном. Она провела ладонью по пыльной кожаной обложке верхнего тома, и ее улыбка стала острой, почти жестокой.

— Ты думал, что использовал меня, Крон? — выдохнула она в пустую комнату. — Но в конце концов это я использовала тебя.

Оглядывая разоренную мансарду — разорванные шнурки ее корсета, изодранную ткань обтягивающих брюк, промокшие простыни и опрокинутый стул — она больше не видела свидетельств своей уязвимости. Это были трофеи ее триумфа.

Она набросила свободный шелковый халат на голые плечи, снова подошла к окну и распахнула его настежь. Свежий утренний ветер укусил ее кожу, выметая последнюю паутину похоти из головы. Внизу город медленно просыпался, его ничего не подозревающие жители начинали свой обыденный, заурядный день.

Но она стояла над ними всеми — обновленная, многократно усиленная, вооруженная запретными знаниями и нечестивым количеством сырой силы.

— Что ж, — произнесла Мия, устремляя взгляд на восходящее солнце. — Время для следующей фазы.

Она бросила последний взгляд на кровать, и темное обещание затвердело в ее груди. Будут новые заклинания, новые границы, которые предстоит сломать. И рано или поздно будет еще один призыв. Еще одна встреча с ее демоном.

Но в следующий раз все будет на ее условиях.

Потому что теперь она знала главный секрет Академии: магия приходит во многих формах. И иногда самый великолепный источник силы находится в самых темных, самых порочных местах.