Утро медленно проникало в маленькую, но уютную однокомнатную квартиру на восьмом этаже старого дома в тихом районе города. Солнце ещё не жгло, а лишь нежно золотило комнату сквозь лёгкие белые шторы, которые едва колыхались от утреннего сквозняка. В воздухе витал приятный, тёплый аромат — смесь вчерашнего кофе, свежего белья и того особенного, сладковато-мускусного запаха, который остаётся после страстной ночи. Где-то далеко за окном тихо гудели машины, но здесь, внутри, царила почти полная тишина, нарушаемая лишь ровным дыханием двух людей.

На широкой кровати с тёмным деревянным изголовьем, раскинувшись на смятой белоснежной простыне, лежал Максим. Ему было двадцать восемь лет. Это был высокий мужчина — 188 сантиметров роста — с атлетическим, хорошо развитым телосложением. Широкие плечи, сильные руки с выраженными венами, крепкие грудные мышцы и чёткий, рельефный пресс, который даже в расслабленном состоянии выделялся под кожей. Кожа у него была равномерно загорелой, словно он часто бывал на свежем воздухе. Тёмные, слегка волнистые волосы сейчас были растрёпаны после сна, несколько прядей падали на лоб. Жёсткая, но аккуратная щетина покрывала его квадратную челюсть, а глубокие карие глаза, когда они были открыты, всегда имели спокойный, немного задумчивый взгляд. Ниже пояса его тело было таким же подтянутым: сильные бёдра, упругие ягодицы и длинные ноги. Он спал только в чёрных боксерах, которые сейчас немного спустились, оголяя линию бёдер.

Рядом с ним, уютно свернувшись под тонким одеялом, которое сползло почти до талии, спала Алина. Ей было двадцать четыре года. Девушка среднего роста — 168 сантиметров — но с очень выразительной, привлекательной женственной фигурой. У неё была идеальная «песочные часы»: узкая талия, которая плавно переходила в пышные, округлые бёдра и упругую, большую попу. Грудь — полная, тяжёлая, третьего с половиной размера, с нежно-розовыми сосками, которые сейчас легко поднимались и опускались в такт дыханию. Кожа у неё была светлой, почти молочной, с лёгким естественным румянцем на щеках и груди. Длинные, густые каштановые волосы разметались по подушке и плечам беспорядочными волнами, несколько прядей прилипли к слегка влажному ото сна лбу. Лицо — мягкое и привлекательное: большие зеленовато-карие глаза (сейчас закрытые), длинные ресницы, аккуратный маленький носик и полные, сочные губы, которые сейчас были слегка приоткрыты. Ноги у неё были длинными и стройными, с гладкой кожей, а живот — мягким и плоским, с едва заметной линией талии.

Максим медленно открыл глаза. Первое, что он почувствовал — тепло её тела рядом. Алина лежала на боку, лицом к нему, одна её нога была перекинута через его бедро, а полная грудь мягко прижималась к его боку. Он чувствовал, как её сосок слегка касается его кожи при каждом вдохе. Медленно, чтобы не разбудить её, Максим поднял руку и провёл кончиками пальцев по её обнажённой спине — от лопаток до поясницы, ощущая, какая у неё гладкая, тёплая и немного липкая от утренней жары кожа. Он остановил руку на её круглой ягодице, мягко сжав упругую плоть.

Алина тихо вздохнула во сне, невольно прижавшись к нему сильнее. Её полная грудь расплющилась об его грудь, а бедро скользнуло выше по его ноге. Максим почувствовал, как в нём начинает просыпаться желание. Он наклонил голову и легко поцеловал её в лоб, потом в висок, вдыхая запах её волос — шампунь с нотками ванили и кокоса. Солнечный луч упал точно на её обнажённое плечо, подсветив нежный пушок на коже.

Он лежал и просто смотрел на неё, запоминая каждую деталь: как прядь волос прилипла к её губе, как её длинные ресницы отбрасывают тень на щёки, как её грудь колышется при дыхании, как её рука невольно лежит на его животе, пальцы слегка согнуты. Утро только начиналось, и Максим точно знал, что просто так он из этой кровати вставать не собирается...

Утро медленно набирало обороты. Максим ещё немного полежал, наслаждаясь теплом её тела, но потом Алина тихо застонала и потянулась, как кошка. Она медленно открыла глаза, сонно улыбнулась и прижалась губами к его шее.

— Доброе утро, солнышко... — прошептала она хрипловатым после сна голосом.

— Доброе, красавица, — ответил Максим, проводя ладонью по её бедру. — Кофе хочешь?

— Ага... и что-нибудь вкусненькое, — она игриво укусила его за мочку уха.

Они неохотно выбрались из кровати. Алина накинула на себя только тонкую белую рубашку Максима, которая едва прикрывала её пышные бёдра и совершенно не могла скрыть тяжёлую грудь, которая колыхалась при каждом движении. Максим надел только спортивные шорты, и они пошли на кухню.

На кухне царила лёгкая, домашняя атмосфера. Солнце уже ярче светило сквозь окно, падая на маленький круглый стол. Максим варил кофе, а Алина, сидя на табуретке, нарезала фрукты. Они ласково переговаривались:

— Ты вчера так меня замутил... — улыбнулась она, глядя на него снизу вверх.

— Ты сама просила не останавливаться, — усмехнулся Максим, подходя и целуя её в макушку. — Может, повторим вечером?

— Нахал... — она легонько толкнула его в живот, но глаза её горели.

Они посмеялись, поговорили о планах на день, о том, что вечером хотят заказать суши и посмотреть фильм. Разговор был лёгким, тёплым, с постоянными шутками и нежными взглядами. Максим не мог отвести глаз от того, как рубашка задирается на её бёдрах, когда она тянется за тарелкой.

Минут через двадцать Алина допила кофе и потянулась.

— Пойду в душ, а то вся липкая после ночи...

Она прямо на кухне сняла рубашку, оставшись полностью голой, игриво крутнулась перед Максимом и пошла в ванную, сознательно медленно виляя бёдрами.

В ванной комнате было большое зеркало прямо напротив душевой кабины. Алина включила тёплую воду, встала под струи и закрыла глаза, наслаждаясь. Вода стекала по её телу: по полной груди, между ними, по животу, по гладко выбритой промежности и дальше по бёдрам. Она медленно провела руками по своему телу, любуясь собой в зеркале.

Девушка повернулась боком, разглядывая свои формы: как высоко и упруго держится грудь, как талию подчёркивает изгиб бёдер, какой вид имеет её круглая, сочная попа. Она улыбнулась своему отражению, подняла руки и собрала мокрые волосы наверх, демонстрируя всю красоту своего тела. Грудь поднялась ещё выше, соски затвердели от воды. Алина провела ладонями по ним, слегка сжала и тихо застонала от приятных ощущений.

Вдруг вода стала едва тёплой, а потом кран громко зашипел и совсем перестал лить. Алина удивлённо нахмурилась и попробовала покрутить вентиль.

— Да что за фигня... — пробормотала она.

В этот момент дверь в ванную тихо открылась. В комнату зашёл Виктор— отец Максима, тесть Алины. Ему было 52 года. Высокий, крепкий мужчина с седеющими волосами, короткой аккуратной бородой, широкими плечами и всё ещё сильным, тяжёлым телом. Он пришёл, чтобы починить кран, о котором Максим просил его ещё вчера.

Виктор замер на месте.

Перед ним стояла полностью голая Алина. Вода ещё стекала по её телу, делая кожу блестящей. Полная тяжёлая грудь, розовые соски, гладкая кожа, изогнутая талия и пышные бёдра. Она стояла, немного расставив ноги, пытаясь разобраться с краном.

Виктор не смог сразу отвести взгляд. Его глаза медленно скользили по её обнажённому телу — от мокрой груди, по животу, ниже, задержавшись на её гладкой промежности и сочных бёдрах. Взгляд был долгим, тяжёлым, почти гипнотическим. Алина резко повернула голову и встретилась с ним глазами. На секунду в ванной повисла напряжённая тишина.

Виктор тяжело сглотнул, его взгляд в последний раз скользнул по её груди, и он, ничего не сказав, молча вышел, тихо закрыв за собой дверь.

Алина осталась стоять под почти холодными каплями, с широко раскрытыми глазами и учащённым сердцебиением.

Алина стояла ещё несколько секунд, сердце громко стучало в груди. Она быстро закрутила кран, схватила большое махровое полотенце и плотно завернулась в него. Ткань туго облепила её влажное тело, подчёркивая тяжёлую грудь и округлые бёдра. Волосы мокрыми прядями прилипли к плечам и спине. Девушка глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться, и вышла из ванной.

На кухне Максим ещё спокойно завтракал — дожаривал яичницу и пил кофе.

— Макс, там кран совсем сломался, — сказала Алина, стараясь говорить спокойно. — Твой отец ещё не приходил?

— Приходил, — кивнул Максим с полным ртом. — Он в гостиной, инструменты принёс.

Алина быстро прошла в спальню, сбросила полотенце и начала одеваться. Она натянула тонкие светлые трусики, которые плотно обхватывали её круглую попу, и свободную домашнюю майку из тонкой ткани, под которой чётко просматривались её соски. Шорты она надевать не стала — просто накинула короткий шёлковый халатик.

Она вышла в гостиную, где Виктор уже сидел с инструментами.

— Виктор Петрович, извините... — мягко сказала она. — Кран в душе совсем перестал работать. Можете посмотреть? Максим сказал, что вы в этом разбираетесь.

Виктор поднял на неё взгляд. Он всё ещё помнил то, что видел несколько минут назад. Его глаза невольно скользнули по её телу — по глубокому вырезу халатика, по оголённым ногам.

— Хорошо, посмотрю, — буркнул он немного хрипло. — Хотя я не сантехник, конечно. Просто немного умею.

Максим с кухни крикнул:

— Пап, если что — я потом сам доделаю!

Алина кивнула и повела Виктора обратно в ванную. Она шла впереди, халатик легко колыхался, открывая вид на её бёдра. Виктор шёл следом, стараясь не смотреть, но взгляд сам возвращался к её фигуре.

В ванной она показала на кран:

— Вот здесь. Сначала вода была горячая, потом резко перестала лить.

Виктор открыл ящик с инструментами, присел на корточки и начал разбираться. Алина стояла рядом и подавала ему инструменты — ключи, отвёртки, прокладки. Каждый раз, когда она наклонялась, халатик расходился, и Виктор краем глаза видел её полную грудь, которая колыхалась под тонкой тканью.

— Держите вот этот ключ, — тихо сказала она, протягивая инструмент.

Их пальцы невзначай коснулись. Виктор почувствовал, как у него напрягаются мышцы. Воздух в ванной стал тяжёлым и душным. Алина тоже ощущала это напряжение — её щёки покраснели.

Вдруг сильный сквозняк от окна в коридоре резко хлопнул дверью ванной. Дверь с громким щелчком захлопнулась. Алина вздрогнула и попыталась её открыть.

— Ой... они заклинило! — удивлённо сказала она.

Виктор поднялся, подошёл и тоже потянул за ручку. Дверь не поддавалась. Замок, который и так давно работал плохо, полностью заклинил.

— Чёрт... — пробормотал он. — Снаружи надо нажимать и поворачивать. А изнутри не получается.

Они остались закрытыми вдвоём в небольшой ванной комнате. Алина стояла совсем близко к Виктору. От него пахло мужским одеколоном и лёгким потом. Её халатик был немного распахнут, а волосы ещё мокрые. Виктор был высокий и широкий, занимал почти половину пространства. Между ними оставалось очень мало места.

Алина подняла на него глаза:

— И что теперь делать?..

Виктор молчал, глядя на неё сверху вниз. Его взгляд снова невольно скользнул по её телу, по мокрым прядям волос, которые прилипли к шее и груди...

Алина и Виктор стояли в тесной ванной, почти касаясь друг друга. Напряжение в воздухе было таким густым, что его можно было резать ножом. Алина первой пришла в себя и постучала в дверь.

— Макс! — громко позвала она. — Макс, ты меня слышишь?

Из-за двери послышался голос Максима:

— Да, слышу. Что там у вас?

— Дверь захлопнулась и заклинило! — крикнула Алина. — Мы не можем открыть. Попробуй с той стороны!

Максим подошёл ближе к двери и начал дёргать ручку.

— Чёрт, действительно заклинило. Сейчас попробую найти что-нибудь... Может, карточкой или отвёрткой.

Он отошёл и начал рыться в ящиках в коридоре, ища подходящий инструмент. Время от времени он что-то говорил через дверь, успокаивая:

— Не переживайте, сейчас разберёмся. Я сейчас попробую поддеть замок...

Всё это время Виктор стоял молча.

Он не сказал ни слова. Его тяжёлый, голодный взгляд был прикован к Алине. Он медленно осматривал её с головы до ног: мокрые волосы, прилипшие к шее и плечам, приоткрытый халатик, под которым чётко виднелась полная грудь и твёрдые соски, голые бёдра и тонкие трусики. Его дыхание стало глубже и тяжелее.

Алина почувствовала этот взгляд. Она нервно поправила халатик, пытаясь закрыться плотнее.

— Виктор Петрович... — тихо начала она.

Но в этот момент Виктор резко шагнул вперёд. Одной большой сильной ладонью он плотно зажал ей рот, прижавшись к ней всем телом. Алина широко раскрыла глаза от шока и попыталась вырваться, но он был намного сильнее. Её спина упёрлась в холодную плитку стены.

Свободной рукой он грубо запустил под халатик и жадно схватил её большую грудь, сильно сжав. Пальцы впились в мягкую, ещё влажную плоть. Алина замычала под его ладонью и начала отчаянно пручаться — билась, пыталась оттолкнуть его второй рукой, дёргала головой.

Но Виктор не останавливался. Он тяжело дышал ей в ухо, продолжая мять её грудь, щипать сосок, потом его рука скользнула ниже — по животу, под трусики. Грубые пальцы сразу нашли её гладкую промежность и начали настойчиво ласкать.

Алина продолжала сопротивляться, извиваясь в его крепких руках. Слёзы выступили на глазах. Она пыталась крикнуть, но его ладонь надёжно закрывала рот. Однако её тело начало предавать её. От долгого утреннего возбуждения, от адреналина и от грубых, но уверенных прикосновений пожилого мужчины её соски стали каменными, а между ног стало предательски влажно.

Виктор это сразу почувствовал. Его губы растянулись в хищной ухмылке. Он сильнее прижался к ней, и Алина почувствовала, как его твёрдый, большой член упирается ей в бедро через штаны.

За дверью Максим продолжал возиться с замком:

— Подождите ещё чуть-чуть, я почти...

Алина отчаянно замычала под ладонью Виктора, но её тело уже начало сдавать позиции — бёдра слегка раздвинулись, дыхание стало прерывистым, а внизу живота разливалось предательское тепло...

905   214 15   +10 [6]