Эту историю поведал мне мой двоюродный брат. Я давно его хотел об этом расспросить, но всё как-то стыдно было и неловко, да и нечасто мы с ним встречались. Всё-таки не близко жили мы. А тут как-то он ко мне приехал, я пригласил на рыбалку на Оку сходить. Мы поехали с ночевкой. Ну, начало темнеть, мы уху сварганили да судочек обмазали глиной и на угли заложили — пусть пропечется хорошенько! А сами сели ужинать. Я бутылочку достал, Ваньке стакан налил и себе немного, потом повторил, да и другую уже приготовил. Ну и Иван охмилев за откровенничал.

Мой братан на 9 лет меня старше, но я его почти в юности не видел. С молодых лет он скитался по зонам, сначала по малолетке отсидел, а потом и на взрослой зоне побывал.

Родители разошлись, он мал был. Двое их было у отца с матерью. Отец, чтобы алименты не платить, забрал старшего в свою новую семью; - тот обижен на мать был, что к мачехе отпустила, житья ему там не было: и отец обижал, и мачеха не жаловала. А Ванюху, наоборот, избаловали любовью. Мать, не имея возможности видеться со старшим сыном, всё своё тепло и материнскую любовь, рассчитанную на двоих отпрысков, накрывала последыша. Она для сына из кожи лезла, всем обеспечила, что он не попросит. И вырос наш Ванюшечка-душечка эгоистом. А тут и компания подобралась. Парни все старши, Ваньке стало льстить, что он с ними на равных. Но они его для дела использовали. Он шустрый, ростом мал. Сунули в форточку пацана, чтоб квартирку очистил...

И поехал наш Ванюша в спецшколу для малолетних преступников.

А там свои правила.

И заступиться некому.

Ночью его подняли и в умывальник отвели, потребовали старшому сделать приятно. Отказался Ваня на колени встать. Избили его, да еще и обоссали всего, так что дня три отлеживался, и потом ребра долго еще болели. Чуть зажило, его снова вызывают. Он вновь в отказ. Тогда шило в бок приставили да и на колени опустили. Парни старшие держат его, чтоб не вырывался, да шилом пугают. Старшо'й подходит, свои трусы спускает и xyu свой вываливает. Иван не дается, головой крутит. Но всё-таки по его губам xyu задел, и с кончика смазка на губах пацана как нить паутинная тянется!

Всё, говорят, отпетушили!!!

Уже никуда не деться. За общий стол не сядешь, ложка отдельная, и у параши место. Туго пришлось ему первый год. В рот как-то быстро привык и сплевывать не стал, глотал. Это для него стало дополнительным питанием. А вот задница долго болью отдавалась, только на второй год стал усладу и сам получать, когда его в зад долбили парни. Обозлился Ванюха на весь белый свет. Вышел на волю и почти сразу по пьяни всю свою злость на парне незнакомом выплеснул — избил его и изнасиловал. И снова пошел в каземат, А там пахан его тут же определил в низы — петухом кукарекать — задница разработана и под взрослый хер! Да и рот рабочий, может заглатить любой размер, и горловому минету обучен.

... И потом еще раз всё повторилось и третий: вышел, выпил, трахнул парня — и в тюрьму! А там сам у мужиков подстилкой служил.

Так к сорока годам у него уже двадцатипятилетний тюремный стаж был.

... От скуки многие зеки начали оказывать помощь природе в усовершенствовании человеческого тела. Тюремные умельцы из стекла вытачивали «шарики» да «маслины», ну и загоняли их себе и другим в свой прибор. Так что почти у каждого мужика позади залупы был вставлен в член маслин или шарик стеклянный. В бани они четко выпирали. Трудно было припрятать наличие под кожей шариков тем, у кого член небольшой был, да еще обрезан. А у кого был xyuще необрезан да под 12–13 см в спокойном состоянии — проблем не возникало. Зато когда встает xyu — залупа вся в натяжку, как начищенный офицерский сапог на параде, а позади залупы под нежной кожицей выпячивались округлой или фасолеобразной формы подкожные шарики или маслинки. С таким рабочим прибором любая баба со всеми потрохами пожизненно содержать будет. А уж парень-пассив тем более кайфовал от этого...

Рассказал мне Ванька всю свою историю и говорит: «Давай я тебе минетик сделаю! Я видел твой, редко у кого такой большой красавец, хочу такого и в ротик, и в очко!»

34072   123 8   +8.22 [9]