Меня всегда возбуждали мысли о девушке, которая ужасно хочет в туалет. Хотя я фантазировал на эту тему ещё с тех пор, когда был подростком, я не видел ничего подобного примерно до 19 лет. Затем я видел одну девушку, переминающуюся с ноги на ногу возле платного туалета и другую, сильно сжимающую ноги в поезде. Но когда мне было примерно 20 лет, мои фпнтазии стали реальностью. Я жил в Лондоне и пригласил мою подругу, с которой у меня были довольно серьёзные отношения, провести вечер вместе у меня дома. Это всё происходило ещё в начале 60 – х годов, мы встречались примерно две – три недели после работы в кафе. В тот вечер мы с ней болтали у меня дома, после чего она попросила меня научить играть её в шахматы. Время шло незаметно, и я заметил, что Джейн начала волноваться. Сначала я не верил, что мои мечты осуществляются, но вскоре понял, что это так! После пары бокалов вина и чашки кофе Джейн хотела в туалет, но была слишком застенчива, чтобы спросить, где у меня туалет.

Она немного ёрзала и время от времени наклонялась вперёд, постоянно меняя положение, в конце концов положив одну ногу на другую и сев на самый край кресла. К счастью, журнальный столик, на котором стояли шахматы, был очень низкий, поэтому мне были видны все движения Джейн. Затем она встала и подошла к дивану, чтобы взять носовой платок, но постоянно посматривала в сторону двери. Я делал вид, что не замечаю её желания пописить и не собирался говорить ей, где туалет, пока она сама не попросит меня. Мне казалось, что она постесняется спросить о туалете. Если я буду разговаривать с ней о чём – либо, поэтому продолжал болтать о всякой ерунде, после чего предложил продолжить игру в шахматы. Мы продолжали играть, но оба не могли сконцентрироваться. Через 15 или 20 минут я начал всё больше отвлекаться, поскольку Джейн стала постоянно сжимать бёдра, и её голос слегка дрожал. Я понимал, что она ужасно хочет в туалет, но всё ещё стесняется спросить меня.

Несколько раз я был в такой же ситуации как и Джейн, поэтому мне было понятны её чувства и мысли (очень трудно сконцентрироваться на чём – либо, когда твой мочевой пузырь переполнен). Пару раз я заметил, что Джейн смотрела на дверь, как будто набравшись смелости спросить где туалет, но мне удавалось быстро вернуть её мысли к шахматной доске. Один раз положение в игре для Джейн было таким же ужасным, как и давление в мочевом пузыре, поэтому она сказала:"Хорошо, ты выиграл, я сдаюсь", но я настаивал на продолжении игры, говоря:"Никогда не нужно сдаваться, давай поиграем ещё". Когда она была вынуждена слегка согнуть ноги в коленях, чтобы вытерпеть, её юбка немного задралась вверх, я увидел верхнюю часть её ажурных чулков, и это ещё больше возбудило меня. Конечно, Джейн сразу же опустила юбку до колен и снова села на край кресла. Но, наконец, наша игра в шахматы подошла к концу (я выиграл!), и Джейн быстро встала.

Мне не хотелось отпускать её так быстро, поэтому я нежно взял Джейн за руку, посадил к себе на колени и поцеловал. Она отвечала на мои поцелуи, но не переставала сжимать ноги и постоянно вздрагивала. Джейн не могла сидеть, не двигаясь, ни минуты, поэтому вскоре она снова встала и пошла опять взять что – то из своей сумочки, после чего застенчиво спросила:"Где у тебя туалет?" Мне пришлось сказать ей, когда Джейн вернулась, она была совершенно спокойна и попросила проводить её домой. Той ночью я играл по каждому нюансу ее дилеммы в моем мнении – и нетерпеливо ждал нашу следующую дату, особенно ее следующий визит к моей шайбе. Много, как я нравился Джейн, наверху в памяти был неизбежный вопрос: " она станется отчаянной снова? " Но я был бы должен ждать тот – и так будете Вы!