Соня никогда не хотела быть популярной в школе.  Но доживать ей там пришлось и вовсе пренебрегаемой вплоть до последнего класса. Вдобавок ее отправили туда с восьми лет. А пойди раньше и раньше бы закончила.

Она пережила выпускной после девятого, где ей дали тупую награду под названием -Наша особенная. Все лишь потешались над этим «званием», а самый популярный чед класса лишь поглядывал на нее, как на чудика и похлопал,   когда вручали награду его пассии. А ее освистал. После этого он пригласил ее. Как и другие своих на танец. Той же оставалось наблюдать за этим, словно из засады. А  он нашептывал ей что-то мило и тайное….

А после она оказалась в другом классе. Чед же и Соня остались в том же. Она как и прежде слышала вой, когда ее сажали для чего-то с кем-то. этот мачо же ни разу не сидел с ней. До сего момента. Он, как и все, принялся буянить, словно что нибудь подхватит от нее. Но чел примирился и смирно сел с ней. Косясь при этом и переглядываясь с другими. Словно она сама их звала.

А после случилось невероятное – ее запах так пленил его, что того после тянуло к ней магнитом. Его мозг гнушался быть с пренебрегаемой, но тело… оно было теперь под гипнозом. Теперь его взгляд гулял где-то в области ее колен. А ведь она ни надевала ни юбок, ни платьев – не то бы недоумки ей их сняли или как минимум поднимали. А она это знала – бывало разок и ей хватило того, как толпа ей поднимала подол, под которым как назло были полосатые трусы. И это в ее день рождения! Ей оставалось радоваться, что хоть их не сняли. Да и то, повезло, что классная рядом оказалась. Даже когда настало время, что мать ей сама выдавала «юбочку для красоты» в теплое время, та переодевалась в штаны.

И  вот сейчас, когда он поглядывал на ее ноги, та в ответ хитро ухмылялась. Он еще не знал, как влип. И не знал, в чем дело. Член его теперь был по другую сторону его симпатий. Теперь вместо образа его бывшей возлюбленной, с которой у него ничего и не будет, он видел перед собой ее. И когда дрочил, и после.

Дошло до того, что тот хотел пробраться в раздевалку бассейна, чтоб глянуть на нее «со стороны»,   но та конечно там не появлялась – стремно. Ему оставалось тусоваться возле простой раздевалки для физры. Но там вообще нечем было «поживиться».

Да и было дело – по приколу он там появился – у двери,  а те как врубили сирену, словно им с разбега загнали топреду в туза, а не просто увидели лифоны.

— Да они себе льстят! – подумал он тогда.

У него появилась новая форма для физры и тот теперь обожал на нее ходить, дабы продемонстрировать. К тому же так совпало, что класс Ирочки был с его классом на физре один раз в неделю. Этот урок он не мог пропустить. И ему больше ничего не оставалось, как смотреть на нее из щели раздевалки, в то время как та болтает с подружками.

Но в этот раз их оставили в классе,  и вместо физры им их психологиня читала важнейшую тему – про ЗППП. А классная внезапно смылась  - ей самой эта  тема не пришлась по душе.

— Ну что ж, все вы знаете, что это такое и как важна эта тема.

И стала читать им нудятину. Те, кто думал свалить с физры уже хотели свалить отсюда, но нельзя. Только Ломехузы не было – свалила тихо.

— К тому же, эта тема поднимает важность вопроса о стигматизации. Все мы знаем, какие категории ассоциируются с ВИЧ.

И перечислила – голубые товарищи и би вместе с ними.  Резко забыли про жриц любви.

— Кстати, этот же материал готовят и студенты колледжа. Ни для кого не секрет, что ВИЧ в Америке распространился из-за  известного слоя людей – о них мы говорили ранее. Их, кстати, по статистике, не более пяти %. И не следует их стигматизировать. Любые отношения нормальны и хороши.

И, после чтения морали продолжила — Мы уяснили, что ЗППП есть много, но именно ВИЧ –удел этих групп. А,  между прочим, все легко предупредить – это просто надеть кондом. Как видите, всё гениальное просто.

А далее опять нелепое – упомянули заурядных, непримечательных гетеро. Каким же образом заражаются они ВИЧ. И что их % заражения мал. 

— И так,  и при обычном, и при оральном варианте есть опасность ВИЧ. Но при   оральном она выше, ведь там слизистая более  уязвима..

И вот чед как  выдал – Поняли, что за  вариант остается ?? - и, тихо, словно задумавшись - А если из Ротрдама в Копенгаген...Ой, не могу! 

Та была  просто в атуе, но вот – звонок. - Наше просвещение мы продолжим на следующей неделе. И быть всем. Так что передайте всем отсутствующим. 

Он вылетел – что снаряд. С мыслью - Ну и ну, сходил вместо физры на урок, где узнал. что у баб жопы нет.

И, обуреваемый сильным внезапным желанием к пренебрегаемой,   завтра же он вжал ее в стену.

— Говори, что ты со мной сделала – требовал он.

— Это твои дела. Твои дела - твои проблемы.

— Ну ладно, если я присуну тебе, это будут не проблемы.

— Давай же, при всех. И чтоб королевишна твоя увидала.

— Вот еще! Где ты такое видала. Не могу нанюхаться тебя…..И чем ты мажешься….

— Ну, так садись со мной. И даже отсосу тебе. Для начала. Подумай!

Но как может чед сесть с такой! Он ей кидал отговорки, что друзья не поймут.

— Ну ладно, предатель – подумала она – с предателями только так – и закричала – А! Он меня домагается!!

Но все лишь покосились на нее – мол, вот еще, придумала, чтоб к ней лезли, да и кто! Не может быть такого.

— Хахаха !Я могу тебя прям тут поиметь и никто и ухом не поведет.

— Ну-ну….Я жду.

— Че не верится, иди сюда….

И вдруг он почувствовал, словно его ужалили. В член. Он был в шоке.

— Ну что, герой, героизм упал. Как жаль….

Теперь ему было не до дрочева – он убежал с физры и разглядывал член – тот и правда набух и стал красным. А ведь у него и опыта еще не было. К нему подкралось опасение, что все и закончится так.

— Никогда б не подумал, что пропущу день из-за припухлости члена. Но придется.

И не пошел в школу. А послезавтра важная контроша…об этом он вспомнил лишь вечером.  Поэтому с утра он уже был у кабинета медсестры. А у той лишь пластырь да зеленка…

Та же, нарочито  ухмыляясь, чтобы не заржать, та посетовала – Ну что ж, не мазать же вам йодом…и не перевязывать бинтом. Это просто бессмысленно.

— и Манту ваше тоже самое.-дополнил он.

И та не придумала ничего лучше, чем взять в рот. Она посчитала, что это супер  вариант в данной ситуации. 

— Тут плохо насосали, а я пересосу. Вот, теперь вам станет  лучше.

— Ну, после того, что было, можно и на «ты».

— Беги уже давай,  пижон! И чтоб ни слова о том, что  было! А то жопу пластырем  заклею.

— Ага, конечно, вафлерша…-  тихо  пробубнел он и свалил.

— А как фамилия твоя!- сказала та после фразы чеда, беря его на понт.

— Да, неважно – махнул тот рукой и дал деру.

А та побежала за ним. Но тот притаился под лестницей.  Ведь решил – лучше остаться инкогнито. Пусть и без факта посещения медсестры. А потом допер, что не обязан говорить такую "конфеденциальность".

 Но все же посчитал – раз он старше всех в  классе, то как бы и пора. А после его накрыла волна смеха – ведь если бы он сказал, что у него жопа покраснела – то она бы ему ее вылизала.

После он едва не сел с ней, но, видя рожи  друганов, свалил, словно снова ужаленный. И в этот момент перед  ним предстал сюжет, что она на месте медсестры. Да, это было б несомненно  круче. Она же продолжила сидеть одна на отшибе, словно дряхлый пень. Ему даже становилось жаль ее, но он не мог просто взять и сесть с ней, ведь это будет значить, что он втюрился. А это не так. Он только кидал отговорки - Понимаешь, с тобой сесть один раз - это зашквар. Не поймут остальные, пойми! Тебе же тут то говорили, чтобы ты свалила, а ты топчешься, как курица в дерьме со своим рюкзаком. Знаешь, как это нелепо выглядит со стороны...

Она дала ему новую возможность перепиха – Скажи своей, Ире, что она для тебя – ноль.  Ведь ты всегда будешь от меня торчать. Я – Ломехуза.

А он даже слов таких не знал.

— Ну почему, почему я, именно я попался ??

— А знаешь почему – потому, что ты в сущности – муравей.

— Слышь,  это я - букашка ??! Да,   не зря с тобой не общаются -ты в натуре странная. 

Но все же потом он ей наплел нужный ответ и та поверила. Лишь бы усмирить плоть. 

— Ну что, теперь нам можно….

— Я подумаю – услыхал он опять.

Но же через пять минут она после засоса была с ним…..под лесенкой. Ведь до этого он решил закрепить результат и бросил ей записку, где неразборчиво писал, как расстегивает ей ширинку.

И никто даже не подозревал, что исчезновение их двоих с урока – не совпадение, а лютое нечто. Ох и большие  бы у  них были очи, если бы они увидели его наполовину видную жопу  и ее, довольную   под ним. А пока мандарин и банан миксовались.

А после для галочки она решила прийти на просвещение, не ведая, чем это чревато - там все тезисы, что услышали, хором переводили на нее. А их до этого перечисляли по фамилиям. На это она лишь сидела, вжавшись в свой ворот. А просвещающая хитро на нее поглядывала,  это же весело! И к ней бы ее направили, если бы она пожаловалась на отношение в классе!!! ( На что ломехуза тут же пожелала ей внезапного зуда. И оп- что-то та раскраснелась. Теперь уже та хитро поглядывала. А та попеременно проводила туда-сюда. Вот точно в тему!)

А тема была про подмывание. На весь класс! После фразы просвещенки - Подмываться надо постоянно - и, желательно хотя бы раз в три дня - сказала та, глядя на нее - иначе просто завоняетесь. И сидеть рядом с вами никто не будет. И бриться тоже надо. А иначе будет лес.  - те "одарили " ее первым ржанием.

Но теперь ей самой стало не до смеха, поэтому та прервала урок к их радости, заявив - Ну что ж, пора подмываться. Все по домам.

Кроме того, она рисовала на доске, словно коучесса. И сначала рассказала про белье - на мужском внимание не остановила, а вот женское...о да - и это, и то.

— И главное, не носите труселя, которые встревают в дупель - и нарисовала схему.

— Ух ты, так у баб это всё таки есть - подумал чед.

А гул от ржания стоял такой, что Ломехуза подумала - Да чтоб ее раз сюда прийти - никогда! И пусть зачешет не только перед, но и зад.

Но ей приходилось набирать силу ярости в течении "часа смеха" и слушать их гул, когда та говорила, чтобы быть с ними на одном уровне - Вот говорят - как отличить -где перед а где зад трусов - ага - по двум пятнам разного цвета. И все загудели в сторону ломехузы.

— Но это про мужское  белье, а в женском одно пятно - подытожила она. И тут же поправила - Ой! Наоборот - женские - у тех же одно пятно. Впахалась я с вами.

А он наивно думал, что она забудет все его приколы над ней. Но Ломехузы обид не прощают и вскоре она укусила ему член, при том, что и не думала сосать. Так что медсестра была гораздо лучше. Да и тот не спешил садиться с ней, а так же ухмылялся и если к ней кого подсаживали на экзаменах – тоже. Да и не верил он, что она ломехуза. С каждым разом она становилась все жестче и жестче, волна нарастала по типу того, как те обходились с ней. Он как мог,  стал сдерживать порывы. Не ясно для себя как, но он вылизал ей всё а после это же слизал. Но это длилось не более пяти минут. А она желала провести всю физру с ним - пять минут - разогрев, остальное основное - сам трах и далее - спад.

А когда та набралась смелости и положила его ладонь на свое бедро на перемене, вообще выдал – Эй, особенная наша, соблаго-ВАЛИ! Лохудра.

"Неособенная" же была раздосадована и тем, что их не застукали вместе. Ни разу. А тут ее публичное пренебрежение. Да, она и так пренебрегаема.  Но что с того! А ведь он взглядом окунался под ее джинсы. Как в той записке. А  у самого в планах было же свидание с другой-запаской. Специально – перед Ирочкой.

И вот, последний экзамен перед выпускным – нет ни ее, ни чеда. А как же – насекомые  этим не обременены. Ведь до этого было условие - либо он с ней на балу, либо так. Получилось так.