Я начал уставать и замерзать. Лыжи становились все тяжелее и тяжелее, и, кажется, я заблудился. Чорт меня дернул отправиться на эту прогулку по незнакомым лесам. На снегу ни лыжни, ни следов человеческих или звериных. Еще немного и начнет темнеть. Какая неудачная и глупая смерть, подумалось мне. Я громко засмеялся и пошел дальше.

Прошло где – то полчаса и я почувствовал запах дыма, я попытался определить направление и минут через десять вышел на поляну на которой стоял дом, в окошке горел свет. Я снял лыжи и подошел к дому. Дверь открылась и на пороге я увидел ее. Теплую, со светлыми косами.

– Здравствуйте, я заблудился – сказал я – вы не дадите мне согреться.

Она кивнула и пригласила меня в дом. Дом состоял из двух комнат, первой прихожей, где я разделся и второй, в которой стояла большая кровать, стол, печка, на которой что – то ароматно шипело.

– Меня зовут Сольвейг – сказала она.

– Очень приятно, Странник

– Странник, странное имя – сказала она и засмеялась – Садитесь за стол, я дам вам поесть и горячего чая.

Поев я начал разговор с ней.

– С кем ты живешь?

– Я живу одна, дедушка умер полгода назад. И с тех пор я живу одна. Он укрылся здесь в лесу с семьей во время войны, и с тех пор мы и живем здесь. У нас была большая семья, но все умерли. Кто – то умер сам, кого – то убили, кто – то ушел в люди.

– А откуда у тебя припасы, чай?

– Мой дядя приходит иногда сюда, помогает, приносит еду.

– Почему ты тоже не уйдешь в город?

– Там плохо, мне дедушка рассказывал, там все не по доброму, уж лучше я здесь.

– Но здесь же невообразимо тоскливо, не людей, не развлечений. Такая девушка как ты, наверное думает о парнях.

Как ни странно, она даже не покраснела.

– Люди вроде тебя иногда заходят, когда заблудятся. Так что я здесь не совсем одна. Странник, ты наверное еще не согрелся. Хочешь настойки?

Я, естественно, хотел, но заставил и ее с собой выпить. Она захмелела.

– Послушай, Сольвейг. Ты, наверное, никогда не была близка с парнем?

– Нет, мне дедушка рассказывал, он говорил что это грех. Чтобы я даже и думать не смела о парне. Однажды, у нас был мальчик, он заблудился, красивый, я так на него засмотрелась, но дедушка заметил это, и когда он ушел, выпорол меня как следует.

– Но теперь дедушки нет, и ты можешь это попробовать.

Она засмеялась:

– Нет, что ты, Странник.

Выпили еще. Сольвейг раскраснелась и громко смеялась.

– Ой, Сольвейг, кажется я отмрозил себе это – закричал я.

– Что это?

– Ну... этот...

– Как, не может быть, покажи.

Этого я и ждал, какая она была добрая и наивная. Я встал растегнул штаны, спустил их и трусы. Хуй мой, действительно, представлял собой жалкое зрелище. Сморщенный, маленький с мороза.

– Да, отморозил – запричитал я.

Сольвейг подошла ко мне и встала на колени. Своими теплыми, мягкими и потными ладошками взяла его и начала медленно растирать, он сразу же отреагировал на это и начал вставать.

– Ты спасаешь его, три сильнее – прохрипел я.

Сольвейг радостно принялась дрочить мне.

– Достаточно.

Я опустился перед ней на колени и поцеловал ее в губы, какой незнакомый вкус. Сольвейг попыталась меня отпихнуть, я бросил ее на пол и придавил тело к полу.

– Нет, – закричала она.

– Тебе понравится, ты меня еще благодарить будешь.

Я задрал ей юбку. Под юбкой ничего не было. Я увидел ее промежность которая густо заросла светлыми волосами. Я вошел в нее...

Когда я кончил, велел ей раздеться и лечь в кровать. Ее лицо было опухшим и зареванным, с огромным синяком под глазом. Она разделась, я увидел налитую грудь с большими темными сосками, большую и широкую попу.

– Раздвинь ноги, – велел я...

Я заснул рядом с ней, последнее что я чувствовал, это терпкий запах ее подмышки.

Проснулся я поздно утром, Солнце светило прямо в глаза. Снег искрился, стояла чудесная погода. Сольвейг рядом не было, я позвал ее. Тишина.

Я поднялся с кровати, поднял с пола трусы, натянул их и вошел в прихожую. Сольвейг была там, она висела под потолком, высунув опухший язык. Я вернулся в комнату, быстро оделся, вышел, посмотрел на Сольвейг. И побежал на лыжах. Снег приятно скрипел, солнце грело. Дома меня ждала теплая ванна.